СОДЕРЖАНИЕ | ВОПРОСЫ ПРЕЗИДЕНТУ | ЖИЗНЬ ПРЕЗИДЕНТА | ПАРТНЕРСТВО | IN ENGLISH
| ПЕРВАЯ ПОЛОСА




Все приличные люди начинали в разведке



Источник: телекомпания РТР  






Интервью В.В.Путина канадским телекомпаниям «Си-Би-Си», «Си-Ти-Ви», газете «Глоб энд мейл» и телекомпании РТР
14 декабря 2000 года


– Господин Президент, спасибо за то, что согласились принять нас и ответить на вопросы. Поскольку я представляю Квебек, то задам свой вопрос на двух языках – французском и английском. Господин Президент, приняли ли Вы решение об амнистии Эдмонта Поупа?
– В соответствии с действующим в России законодательством, такое решение может быть принято только после вступления в законную силу решения суда. Оно вступит в законную силу в ноль часов 14-го числа. С этого момента я буду иметь право принять решение. (Запись интервью производилась до отлета Президента из Москвы на Кубу и в Канаду. – Прим. Пресс—службы)
Хочу сказать, что Вам, видимо, известно о том, что Комиссия по помилованию при Президенте, которая состоит из довольно известных общественных деятелей России, приняла уже решение и обратилась ко мне с просьбой о помиловании г-на Поупа. Разумеется, я не могу проигнорировать мнение общественности России. И это будет учитываться при принятии решения. Так же, как и высокий уровень взаимоотношений между Россией и Соединенными Штатами на данный момент.

– Господин Президент, у канадцев сложилось хорошее представление об отношениях между Россией и Канадой. Что же касается представления канадцев о самой России и о Вас лично, как о Президенте, то какое, по Вашему мнению, оно должно быть?
– Такое, которое сложилось о нашем хоккее в период первого матча между сборной НХЛ и советской сборной в 1972 году. Мы – добрые соседи, мы – сильные государства. У нас есть, чем гордиться, у нас почти общая граница, мы соседи по северу. У нас есть общие проблемы. Мы готовы решать эти проблемы вместе – и двухсторонние, и многосторонние.
Думаю, что если мы по-доброму будем относиться друг к другу, то перспектива эффективного решения общих проблем у нас есть.

– Какое представление сложилось у Вас о Канаде?
– Мне не очень сложно сделать вывод о том, какова Канада, потому что я там был, правда, всего один раз, примерно шесть лет назад. Да, я был в одном из научных центров на юге Канады.



К канадцам мы относимся как к тем парням, которых в первый раз увидели на хоккейном матче между НХЛ и советской сборной в 1972 году





Кроме этого, нужно сказать, что мы очень схожие страны и по размеру территории, мы – огромные страны. Россия, как мы знаем, самая большая по территории страна в мире. Канада как раз следует в этом списке за Россией. У нас очень много природных ресурсов. Мы даже осваивали нашу территорию примерно одинаково. Россия осваивала свою территорию с запада на восток, а Канада, насколько мне известно, – с востока на запад.
Кроме этого, огромное значение в развитии экономики как России, так и Канады играли инвестиции, в том числе и зарубежные инвестиции. Я уже сказал о том, что мы – северные страны. И мы все-таки пока недостаточно населенные страны. То есть у нас много проблем, которые, во всяком случае, очень похожи. И кроме всего прочего, в Канаде проживает достаточно много выходцев из бывшего СССР, даже из дореволюционной России. Это тоже накладывает, я думаю, определенный отпечаток и причем позитивный.
У нас и у меня лично о Канаде самые благоприятные впечатления как о мощном государстве, настроенном к моей стране весьма благожелательно. И к канадцам мы относимся как к тем парням, которых в первый раз увидели на хоккейном матче между НХЛ и советской сборной в 1972 году.

– Господин Президент, у многих канадцев есть, может быть, ошибочное, но достаточно негативное представление о Вашей стране. Например, о том, что здесь нельзя нормально вести бизнес, что здесь остро стоит проблема бедности, что здесь не хватает порядка. Не могли бы Вы сказать, как, на Ваш взгляд, можно было бы изменить это мнение?
– Нужно, во-первых, искоренять те проблемы, которые реально существуют. А, во-вторых, достаточно объективно и полно освещать реальную картину жизни в нашей стране. Действительно, нельзя сказать, что наше население является достаточно богатым, у нас население среднего достатка, и много очень бедных людей – это факт.
Вместе с тем к нищим наше население тоже отнести нельзя, во всяком случае, по статистике и по критериям Организации Объединенных Наций. За последнее время, особенно за последний год у нас примерно на 24 процента выросла заработная плата в среднем. От 35 до 40 примерно, наверное, ближе цифра 35 процентов, выросли пенсии. И реальные доходы населения выросли примерно на 9 процентов. За последние 10 лет автомобильный парк страны увеличился в 3 раза. Это очень большие темпы.
Все это говорит о том, что социальные проблемы, которые есть в каждой стране, есть и в России, особенно на таком переломном рубеже ее истории. Они не мешают и не могут помешать нормальному развитию государства. Поэтому я бы эти озабоченности снял.

– Господин Президент, сколько времени, на Ваш взгляд, потребуется России, для того чтобы осуществить реформы, необходимые для ее превращения в равноправного партнера в международных экономических отношениях? Некоторые экономисты считают, что для этого потребуется шесть месяцев, другие считают – два года?
– Более или менее точно можно сказать, когда родится ребенок, если, конечно, мы знаем, когда он зачат. Да и то не всегда. Что же касается ответа на Ваш вопрос, то ответ на него зависит от целого ряда обстоятельств, в том числе от развития мировой экономики. Мы в настоящее время часто говорим о проблемах глобализации. И, разумеется, все, что происходит в мировой экономике, напрямую отражается на состоянии российских дел, на состоянии российских финансов, на темпах экономического развития.



Более или менее точно можно сказать, когда родится ребенок, если, конечно, мы знаем, когда он зачат. Что же касается ответа на Ваш вопрос, то ответ на него зависит от целого ряда обстоятельств





Если те позитивные тенденции, которые сегодня мы имеем в экономике России, сохранятся, то тогда я думаю, что реально плодами этого экономического роста население страны сможет воспользоваться в течение ближайших трех, четырех, пяти лет. Но на то, чтобы целиком и полностью интегрироваться в мировую экономику, мне кажется, потребуется чуть больше. Хотя это не всегда зависит только от нас, в том числе и от Вас.
Например, наша промышленность сталкивается с постоянными и довольно жесткими процедурами со стороны официальных органов Канады, которые до сих пор так настойчиво не хотят признавать рыночный характер нашей экономики, и наши товары на североамериканском рынке сталкиваются с определенными проблемами. Вот если мы будем поставлены в равные условия, то тот срок, который Вы хотите от меня услышать, будет в значительной степени приближен.

– У многих канадских бизнесменов имеются определенные опасения, основанные на их практическом опыте ведения бизнеса в России. Бывали случаи, когда не соблюдались контракты, нарушались их права. Все это порождает определенное недоверие и подозрительность. Каково Ваше мнение на этот счет?
– Я думаю, что эти проблемы есть, во всяком случае были. Нужно к этому относится абсолютно нормально, потому что страна в течение ряда лет находится в состоянии переходного периода. Многие вопросы не были достаточным образом урегулированы законом. На настоящий момент можно сказать, что это уходит в прошлое.
Надо честно признать, что такая неурегулированность в законах была связана с отсутствием консолидации в обществе. На уровне Государственной Думы, парламента страны трудно было принимать соответствующие решения. Сегодня мы все чаще и чаще добиваемся консолидированного голосования по важнейшим вопросам жизнедеятельности государства. Это вселяет надежду на то, что легальное поле для бизнеса будет расчищено.
Вместе с тем нужно прямо сказать, что любой бизнесмен, когда он начинает работу в другой стране, должен как следует ознакомиться с действующим законодательством, и не вслепую, а с помощью соответствующих специалистов строить свой бизнес. Кстати сказать, мне кажется, что канадский бизнес мог бы эффективно готовить почву для работы в России, в том числе и влияя на канадское руководство. Каким образом? Я полагаю, что все потенциальные партнеры России заинтересованы в том, чтобы Россия была членом Всемирной торговой организации. И мы очень рассчитываем на то, что Канада поддержит Россию в ее планах вступления в ВТО. Если это произойдет, то в значительной степени все процедуры, правила ведения бизнеса в России будут унифицированы в соответствии с международными стандартами. В этом заинтересованы все. Мы очень рассчитываем на поддержку Канады в этом направлении.

– Вы раньше говорили о благоприятной экономической ситуации в этом году в России. Но что произойдет, если в следующем году, как считают некоторые аналитики, цена на нефть очень резко упадет. Россия готова к такому шоку?
– Россия готовится к этому. Россия готовится, и мы стараемся выйти на такое развитие нашей экономики, чтобы это не просто стимулировалось благоприятной внешнеэкономической конъюнктурой, но и вызвано было бы внутренними процессами самой экономики.



Все-таки Правительство многое делает для того, чтобы не разбазарить тот позитивный ресурс, который есть, и проводит осмысленную экономическую политику





И должен сказать, что, несмотря на то, что действительно внешнеэкономическая конъюнктура позитивна для России, все-таки Правительство многое делает для того, чтобы не разбазарить тот позитивный ресурс, который есть, и проводит осмысленную экономическую политику.
Обращаю Ваше внимание на то, что мы могли бы, несмотря на наши сверхдоходы от продажи энергоресурсов, действовать совсем иначе. И тогда мы вряд ли сохранили бы те макроэкономические показатели, которые нам удалось сохранить. И это удалось сделать благодаря последовательным шагам Правительства, несмотря, кстати говоря, на давление оппозиции.
Но можно было бы действовать и более решительно. Во всяком случае Правительству сегодня с трудом удается сдерживать денежную массу, направляемую в экономику. Но удается. И я думаю, что мы выдержим эту линию не только до конца текущего года, но продолжим ее и в следующем. Поэтому мы и исходим из того, что такой благоприятной конъюнктуры может и не быть. Но мы к этому готовы.

– Означает ли это то, что Вы согласны с Вашим экономическим советником Андреем Илларионовым, который выступил с большим заявлением о том, что сейчас России надо еще быстрее двигаться в экономическом плане, иначе будет упущена хорошая возможность?
– В целом согласен. Конечно, очень бы хотелось действовать более энергично. Но мы не должны забывать и о социальных проблемах населения. Здесь один из Ваших коллег поставил совершенно правильный вопрос, и должен сказать, что на всех международных форумах тоже обсуждается эта проблема. Трудно осуществлять экономические преобразования, если наблюдаются какие-то негативные социальные процессы.
Поэтому здесь Правительство находится между Сциллой и Харибдой и должно выбирать оптимальный вариант развития. С одной стороны, решать социальные проблемы. Без этого невозможно двигаться вперед. Но, с другой стороны, делать это оптимальным образом, так, чтобы сохранять потенциал развития. Я думаю, что до настоящего времени нам это удается.

– Господин Президент, на Ваш взгляд, есть ли возможность налаживания таких отношений между Россией и Канадой, которые, как в вопросе Договора по ПРО, где позиции наших государств близки, основывались бы на сходстве интересов и взглядов, с тем чтобы наши страны могли на международной арене играть соответствующую роль и внести свой вклад в укрепление мира и безопасности?
– Думаю, да. То, что наши позиции по проблеме мировой безопасности, по проблеме сохранения Договора о противоракетной обороне 1972 года очень близки, это действительно факт. Это говорит о том, что мы можем по кардинальным, ключевым вопросам современности находить точки соприкосновения и использовать их на благо двухсторонних отношений и на благо всего человечества. В данном случае можно говорить об этом без преувеличения.
Мы уже вспоминали с Вами о том, что мы являемся соседями через северные широты и освоение Севера для нас является общей задачей. Поэтому здесь у нас очень большое поле для сотрудничества. Думаю, что в этой связи мы вполне могли бы вспомнить и о решении проблем экологического характера. Они имеют глобальный характер, и, разумеется, и Канада, и Россия в равной степени заинтересованы в эффективном решении проблем подобного рода. Думаю, что здесь так же, как и по другим направлениям у нас очень много точек соприкосновения и возможностей для эффективной совместной работы.

– Даже в том случае, если эти договоренности между нами вызовут негативное отношение со стороны Соединенных Штатов?
– Мне кажется, что наши договоренности не должны и не могут быть направлены против интересов третьих стран. Мы и с г-ном Ж.Кретьеном, когда встречались и обсуждали эти проблемы, всегда учитывали позицию наших партнеров. Мне кажется, что, если мы пойдем по пути объединения усилий всех стран, включенных в решение той или иной проблемы, то добьемся результата. Но, разумеется, почти каждый результат подобного рода – это компромисс. А при любом компромиссе кто-то должен пойти навстречу друг другу.

– Много людей в Канаде жалели о развале Советского Союза. Мы – сосед Соединенных Штатов, и иногда нам не нравится тот факт, что Соединенные Штаты имеют сейчас такое большое влияние. Думаете ли Вы, что с усилением России геополитическая ситуация может измениться?
– Мне кажется, что попытки создания, как сейчас модно говорить, монополярного мира, не нравятся не только Канаде. Но нас сегодняшнее положение России в принципе устраивает, потому что оно не требует от нас избыточного напряжения сил в сфере обороны. Оно не требует высасывать кровь из экономики страны, хотя и в настоящее время у нас достаточно много средств идет на поддержание обороноспособности государства.



Нас сегодняшнее геополитическое положение России устраивает, потому что оно не требует избыточного напряжения сил в сфере обороны. Оно не требует высасывать кровь из экономики





То обстоятельство, что изменилась геополитическая ситуация и мы не рассматриваем сегодня уже Соединенные Штаты в качестве врага, противника – это во многом меняет ситуацию для нас не в самую худшую сторону. Для Соединенных Штатов это, конечно, может стать проблемой, это я понимаю. Но это уже не наша проблема.

– Значит, это Вас устраивает? Пусть они волнуются, пусть они решают эти вопросы?
– Нет. Наша позиция Вам известна. Мы выступаем за создание многополярного мира. Мы считаем, что мир не может эффективно и позитивно развиваться, если мы будем иметь дело с монополией какого-то одного государства на принятие и исполнение тех решений, которые оно само принимает и считает справедливыми. Такое состояние не может привести к позитивному развитию. Потому что в истории человечества никогда не было ситуации, когда стремление к подобной монополии доводило бы до добра. Поэтому мы везде предлагаем другую конструкцию, другое – демократическое мироустройство. И нам кажется, что мы находим понимание у подавляющего большинства наших партнеров на международной арене.

– Как бы Вы сейчас могли определить величие России? Определяется ли оно экономическими или военными факторами?
– Нам вообще нужно поговорить на тему о том, что такое величие страны и в чем оно, это величие? Мы с Вами говорили о величине территории. И Россия, и Канада – одни из самых больших по территории стран мира. Россия, несмотря на то, что потеряла после распада Советского Союза свыше 30 процентов территории, если я не ошибаюсь, все равно остается самой большой по территории страной мира. На втором месте Канада. И у Канады, и у России огромные природные богатства. Россия остается крупнейшей военной державой. И, разумеется, в основе этого военного, как Вы сказали, величия находятся наши ядерные силы, которые мы поддерживаем на должном уровне.
Но, конечно, мы не должны забывать о такой важной составляющей величия любого государства, как уровень культуры, образования и науки. Никто никогда не спорил и не спорит сегодня о том, насколько велик вклад России в мировую копилку цивилизации.
Сегодня, как мы знаем, центр конкуренции перешел из военной сферы в экономическую. И нужно реально смотреть на вещи. Россия в списке стран по экономическому развитию находится в середине, по экономическому потенциалу – занимает 15-е место. Но у России очень хорошие возможности и очень хорошие перспективы. Мы это всё учитываем, и этого нам достаточно для того, чтобы с оптимизмом смотреть в будущее.

– Вы упомянули о военном факторе. Известно, что сейчас в Вашей стране осуществляется военная реформа. Как Вы считаете, какую роль будут играть в Вооруженных Силах, в оборонном потенциале России ядерные силы?
– Ведущую, конечно. Ядерные силы России достались еще от Советского Союза. Наша задача в том, чтобы их содержать должным образом, развивать на современном уровне, и мы намерены это делать.
Но должен сразу же сказать, что мы полагаем, что чем ниже уровень ядерного противостояния основных держав, тем лучше. Поэтому мы призываем международное сообщество и наших партнеров по ядерному клубу к совместным действиям по понижению ядерного противостояния. Мы думаем, что это возможно, если объединить усилия, особенно направленные на контроль за пусками ракет. Используя технические возможности, можно обеспечить уровень безопасности для всех.

– Да, мы это понимаем. Но тем не менее многие испытывают озабоченность, в частности, в Канаде, в связи с теми событиями, которые имели место недавно, то есть событиями, связанными с американским авианосцем «Китти Хок». В Канаде многие также обеспокоены ядерным потенциалом России. На Ваш взгляд, есть ли основания для такой обеспокоенности?



Абсолютно нет никаких оснований для обеспокоенности ядерным потенциалом России. И это не шутка





– Нет. Абсолютно нет никаких оснований для обеспокоенности. И это не шутка, это действительно так, потому что нет противостояния двух систем – оно в прошлом. Нет противостояния двух ядерных супергигантов США и СССР. СССР – нет. У нас абсолютно другая внешняя и внутренняя политика. Мы не ищем врагов. Мы стремимся к сотрудничеству, в том числе и в ядерной сфере.

– Господин Президент, Вы сказали, что сейчас между Россией и Западом нет конфронтации в военном отношении. Но почему в последнее время наблюдается увеличение числа военных учений? Все чаще учения проводятся вблизи военных объектов западных стран, в том числе кораблей Соединенных Штатов. Почему это происходит, если Вы говорите, что конфронтации больше нет?
– Я думаю, что это неточная информация. У нас не больше учений проходит, чем в прежние годы. Я с уверенностью могу сказать, что учений проводится меньше, чем в прежние годы.
Что касается приближения к некоторым военным объектам, кораблям, может быть, Вы имеете в виду облет нашими самолетами одного из военно-морских судов Соединенных Штатов. Должен Вам сказать, что сами военные моряки США восприняли это абсолютно спокойно – как рядовое событие. Ничего здесь нет необычного. Но мы наблюдаем другое. Мы наблюдаем движение военной организации НАТО к нашим границам. Это нас не может не беспокоить, потому что нас в НАТО не хотят принимать.



Мы наблюдаем движение военной организации НАТО к нашим границам. Это нас не может не беспокоить, потому что нас в НАТО не хотят принимать






– А Вы хотите войти?
– Как Вы знаете, мы заявили о том, что были бы готовы. Но услышали в ответ, что пока к этому западное сообщество не готово. Мы должны реагировать на то, что происходит на южных рубежах России, это правда. Но и там до сих пор ни реакции России, ни реакции международного сообщества, адекватной угрозе, пока нет. Мы знаем, что происходит, допустим, в Афганистане. Почему до сих пор не выдают Бен Ладена? Это же вызов международному сообществу. Реальной адекватной реакции этой угрозе пока нет ни со стороны России, ни со стороны мирового сообщества.

– Нам говорили, что вопрос, который я хочу задать, Вам не нравится. Вам часто дают характеристики, связанные работой в органах безопасности. Это обстоятельство как-то Вас раздражает, разочаровывает или вызывает у Вас досаду?
– Почему мне не нравится? Я никогда не говорил, что мне не нравится. Я не знаю, уместно ли будет вспомнить мою первую встречу с г-ном Г.Киссинджером, я отношусь к нему с большим уважением. Но когда я ему сказал, что начинал свою карьеру в разведке, он сделал небольшую паузу, подумал, а потом говорит: «Все приличные люди начинали в разведке. Я тоже». Чего я не знал, к моему стыду.
Ну, что ж? Ничего не поделаешь. Я знаю, что некоторые деятели в других странах, в том числе и президенты, в США, например, тоже работали когда-то в разведке. Я служил своей стране, делал это добросовестно, и мне не в чем раскаиваться. При этом никогда не нарушал, как это ни удивительно, законов других стран. Это была интересная, достаточно высокопрофессиональная деятельность. Для меня она сыграла определенную положительную роль. Это была интересная работа.

– Я сейчас изучаю русский язык. А Вы, я читала, изучаете английский. Так ли это?
– Английский – мировой язык, это во-первых. Поэтому, я думаю, что это естественно. Во-вторых, думаю, что кроме физических упражнений и физической зарядки человек должен заниматься какой-то интеллектуальной зарядкой. Так что изучение английского для меня – это что-то вроде интеллектуальной физкультуры. Это интересно. Потом, любой язык – это мир в другую культуру, в другой мир. Это увлекает.

– Вопрос касается личной жизни. Конечно же, за последние полтора года к этому вопросу было привлечено огромное внимание, о Вас было написано огромное количество материалов. Наверное, трудно привыкнуть к тому, что Вы постоянно находитесь в центре внимания общественности. Некоторые даже называли Вас самым сексапильным человеком в стране. Как Вы себя ощущаете в этой связи?
– Это неизбежные издержки того положения, в котором я оказался. Терплю.



Как Вы относитесь к тому, что Вас назвали самым сексапильным человеком в стране? – Терплю






– Это Вам неприятно?
– Постоянное внимание не может быть приятным всегда.

– Господин Президент, многие люди в Вашей стране, в том числе и Президент Б.Ельцин выражают несогласие с Вашим предложением утвердить старый советский гимн в качестве гимна новой России.
Как Вы думаете, почему такие споры? Почему такое расхождение мнений и взглядов по вопросу о национальной самобытности? Какие элементы из коммунистического прошлого Вашей страны должны войти в качестве составляющих в новое понятие «национальной самобытности России»?

– Я думаю, что если в любой стране сейчас развернуть дискуссию по государственной символике, то там начнутся жаркие дискуссии. И общего согласия по этим символам вряд ли удастся где бы то ни было добиться. Тем более в нашей стране, которая еще не забыла тех трагических событий советского периода, которые она пережила. Еще кровоточат раны у многих людей, которые реально помнят весь ужас сталинских лагерей. И это правда. Мы не можем это не учитывать. И поэтому мы должны относиться с уважением к их мнению.
Вместе с тем, я полагаю, делать вид, что почти за 80 лет существования нашей страны как Советского Союза, за советский период существования России, делать вид, что в этот период не было ничего, чем бы народ мог гордиться , было бы трагической ошибкой.
У нас много достижений, которые связаны с определенными символами. Скажем, первый полет человека в космос. Это был советский человек Юрий Гагарин. Но за его полетом стоял труд миллионов граждан моей страны, которые отказывали себе во всем. И они имеют право на то, чтобы взять с собой в сегодняшний день, и взять со своими детьми в завтрашний день нечто такое, что напоминало бы об их жизни. Я считаю, что это справедливо.



Общего согласия по государственным этим символам вряд ли удастся где бы то ни было добиться





Я бы не стал просто политизировать эти символы, потому что, если бы Вы спросили у людей, которые жили в царские времена, особенно у интеллектуалов того времени, как они относятся к тем символам, то уверяю Вас, они тоже бы поспорили.

– Владимир Владимирович, у Вас были довольно близкие политические отношения с Борисом Николаевичем. Он видит в Вас человека, который продолжает его дело. Какова была Ваша реакция как человека на его заявление о том, что он «не согласен с пропозицией по гимну»?
– Я знал позицию Бориса Николаевича заранее. И, собственно, его позиция последовательная. Он у нас был главным, и остается одним из основных антикоммунистов. Он последовательно с этим боролся и, видимо, связывает мелодию гимна, еще советского гимна, со всем коммунистическим наследием, как сейчас модно у нас говорить. Это логичная, выстроенная позиция, принципиальная. Я думаю, что к ней, также как к любой другой позиции, относиться нужно с уважением. Тем более что это не рядовой человек, а Президент, первый Президент страны. Но у меня другое мнение по этому вопросу.

– А у Вас не было чувства, что он Вас ругает как сына, который не выполняет его заветов?
– Нет, у него другие дети.




А у Вас не было чувства, что Ельцин ругает Вас как сына? – Нет, у него другие дети





– Господин Президент, вопрос о Чечне постоянно фигурирует в повестке дня мировых лидеров, в Ваших переговорах с ними, в том числе с г-ном Ж.Кретьеном. И всех заботит вопрос, возможно ли установление мира в Чечне? И если это возможно, то как этого можно добиться?
– Вы знаете, проблема Чечни – это не только российская проблема, я с этим согласен. Мне очень жаль, что мировая общественность, западная общественность в недостаточном объеме и неточно информирована о происходящих событиях.
Мало кто знает, что крупномасштабные события в Чечне в прошлом году, летом 1999 года, начались после того, как Россия предоставила Чечне уже де-факто полную государственную независимость. Несмотря на это, летом прошлого года на территорию России, на соседнюю, прилегающую к Чечне Республику Дагестан было совершено неспровоцированное вооруженное нападение. И так четыре раза. Мы четыре раза выбивали крупные бандформирования террористов со своей территории. И только после этого и после взрыва жилых домов в Москве мы приняли решение ликвидировать базы террористов на территории самой Чечни.
Мы соглашаемся с озабоченностью международного сообщества по поводу гуманитарной стороны дела. И, прежде всего, речь идет о мирном населении, которое не должно страдать. Но с нашей стороны – это вынужденные действия. Никаких правил гуманитарного характера на террористов не должно распространяться. Никто ведь не говорит о гуманитарных правах Бен Ладена, который взрывает американские посольства и американские военные корабли. Мы вправе требовать выдачи таких людей и предания их суду.



Никаких правил гуманитарного характера на террористов не должно распространяться





Что касается урегулирования на серьезной, постоянной основе, то речь идет об урегулировании с населением Чечни, а не с этими международными фанатиками и террористами, которые сегодня атакуют цивилизованный мир в разных точках земного шара и образовали уже целую дугу, начиная от Индонезии и заканчивая Косово. А если мы будем говорить об урегулировании с населением Чечни, то я абсолютно согласен, что это урегулирование может быть достигнуто исключительно правовыми и политическими средствами. И мы имеем такие контакты с теми, кто хочет и кто настроен на переговоры подобного рода. Уверен, что мы в конечном итоге эту проблему решим.

– Господин Президент, на Западе многие озабочены судьбой экологического движения в Вашей стране. Причиной этому служат имевшие место в последнее время факты задержания, ареста и допроса активистов экологического движения – противников использования атомной энергии. И Вы сами однажды сказали, что экологические движения зачастую выступают в качестве прикрытия для шпионской деятельности. Вы действительно так считаете?
– Если сказать откровенно, то я всегда с большой симпатией смотрю на людей, которые посвящают свою жизнь решению экологических проблем. Я думаю, что только люди, фанатично настроенные на достижение каких-то целей, могут добиваться результата. И с удивлением иногда смотрю, как небольшая группа людей на маленьком баркасе, на маленькой лодке пытается противостоять огромным военным либо промышленным судам. Должен сказать, что это вызывает только симпатию.
Я часто думал, чем заняться потом, когда у меня закончится, когда-то ведь должен закончиться, срок полномочий? Так вот, поддержка экологических движений – это благородное занятие. Во всяком случае, на него не жалко времени.



Борьба за проблемы экологии и добыча информации, которая носит закрытый характер, – это все-таки немножко разные вещи





Вместе с тем никакие благородные цели не могут прикрывать незаконной деятельности, если Вы имеете в виду известные задержания, судебные процессы. Во-первых, задержаний активистов экологических движений достаточно много не только в России, но и в других странах. Если же Вы имеете в виду судебные процессы над бывшими военнослужащими, которые различными способами добыли информацию и передали ее иностранным гражданам, работающим в экологических организациях, то борьба за проблемы экологии и добыча информации, которая носит закрытый характер, – это все-таки немножко разные вещи.
Я соглашаюсь с тем, что многие вещи в сегодняшней России достаточно устарели. И является ли та или другая информация сегодня секретной или ее пора рассекретить – это вопрос, но вопрос, который должен быть решен судом. Если Вы обратили внимание, с теми людьми, которых Вы упомянули, идут следственные и судебные действия. Идет нормальный открытый процесс. Они имеют возможность и право защищаться, у них есть адвокаты, они борются за свои права. И это нормально.

– Владимир Владимирович, до того, как Вы стали Президентом, многим людям казалось, что в России царит анархия, что Российское государство уже почти не существует. А из Канады нам кажется, что одна из Ваших главных целей – восстановить Российское государство. Но мы также слышим, что многим людям в России это не нравится. Журналисты кричат, что «здесь демократия больше не существует», что Вы ущемляете их права. Так называемые олигархи, как им кажется, не имеют того влияния, что у них было раньше. Считаете ли Вы, что приоритетом для России, которая находится в тяжелом переходном периоде, является усиление государства? Означает ли это, что какие-то демократические институты, существовавшие раньше, не будут существовать? И что бизнес не сможет играть такую большую роль, как раньше?
– Нет. Я так не считаю. Я думаю, что мы не должны смешивать понятия. Если мы говорим о бизнесе, то это не значит, что представители бизнеса имеют право приватизировать государственные институты власти. И те люди, у которых больше денег, должны руководить обществом вне рамок существующих государственных процедур и институтов. Это как раз значит, что те самые олигархи, о которых Вы упомянули, не должны, не имеют права влиять на принятие государственных решений иначе, чем через легитимные органы власти и управления, через парламент, допустим.



Олигархи не должны, не имеют права влиять на принятие государственных решений иначе, чем через легитимные органы власти и управления





Наверное, кому-то не нравится, что они лишены на данный момент того уникального положения, которое имели до сих пор в России, или утрачивают свое привилегированное положение. Но это не значит, что развитие демократических институтов не связано напрямую с развитием государства.
Когда мы говорим об укреплении государства, мы имеем в виду не сокращение демократических свобод, потому что без достаточно развитых демократических институтов, соблюдения прав человека, в том числе и в бизнесе, не может развиваться и рыночное хозяйство. Когда мы говорим об укреплении государства, мы имеем в виду не сокращение демократических свобод, а укрепление государственных институтов, которые в состоянии гарантировать исполнение принимаемых самим же государством законов.
Если кому-то не нравится такое положение вещей, кто-то привык к анархии, то я сожалею, но им придется согласиться с теми правилами, которые предложены обществом.

– Как Вы отвечаете некоторым из Ваших критиков, которые считают, что это укрепление государства означает, что демократия стала слабее?
– Я считаю, что каждый имеет право на собственное мнение и должен отстаивать это мнение через те самые демократические процедуры, о которых я уже сказал, через выборы. Пусть они доказывают свою правоту в ходе предвыборных кампаний, проводят своих депутатов в парламент и принимают соответствующие законы, которые государство обязано исполнять и обязано гарантировать исполнение законов, которые принимаются. Другого способа не существует.

– Вы говорили раньше о консолидации общества в России. А некоторым обозревателям кажется, что эта консолидация означает, что уже практически не существует оппозиции Президенту. Согласны ли Вы с такой оценкой?
– Вы знаете, я когда листаю газеты, либо смотрю некоторые каналы телевидения, то с трудом могу себе представить, что нет оппозиции. А если то, что я вижу иногда с экранов телевизоров и читаю в газетах, не является оппозицией, то тогда что же это такое? Тогда это просто хулиганство. Но я не хочу использовать такую терминологию в отношении тех людей, которые не согласны с тем, что я делаю. Поэтому давайте будем считать, что это все-таки не хулиганство, а оппозиция. Правда, не всегда цивилизованная, на мой взгляд. Но тем не менее это – оппозиция. Оппозиция, как мы себе представляем, это те люди, которые не согласны и предлагают другое решение. Таких достаточно и в обществе, и в Государственной Думе. Они открыто выражают свою позицию, спорят, не всегда корректно, правда. Ну что ж, это издержки демократии, с этим приходится мириться.



А если то, что я вижу иногда с экранов телевизоров и читаю в газетах, не является оппозицией, то тогда что же это такое? Тогда это просто хулиганство






– Может быть, я читаю материалы, написанные теми же хулиганами, о которых Вы говорили, но, если судить по российской прессе, сегодня в Вашем окружении идет политическая борьба между людьми силовых структур и Вашей экономической командой молодых реформаторов, как их называют. Правда ли, что существует такая конкуренция между ними? И если так, то кого Вы поддерживаете?
– Силовые структуры должны заниматься, занимаются и будут заниматься, во всяком случае, пока я остаюсь Президентом страны, своим непосредственным делом – соблюдением закона. Они будут заниматься тем, что будут гарантировать соблюдение этого закона всеми. Они не вмешиваются, не должны вмешиваться и не будут вмешиваться в экономическую политику государства. Но полный покой, он только на кладбище может быть достигнут. Поэтому там, где есть живые люди, там есть столкновение мнений, взглядов, и здесь нет ничего особенного.
Но хочу особенно подчеркнуть, что никакого противостояния между представителями силовых структур и экономическим блоком руководства страны не было, нет и не будет.

– Господин Президент, многие российские журналисты делятся своими опасениями в отношении свободы слова, в частности, в связи с предлагаемым кодексом поведения журналистов. Люди боятся, что в ходе осуществления экономических преобразований будут предприниматься попытки ущемить права журналистов говорить и писать то, что они считают нужным. На Ваш взгляд, существуют ли какие-либо ограничения в отношении средств массовой информации?
– Вы знаете, был такой, правда, не североамериканский, а европейский фильм, в котором главные герои говорят: «Порядочный мужчина должен всегда пытаться, а порядочная женщина всегда сопротивляться». Вот это не только в России, а во всех других странах происходит. Государство всегда пытается создать для себя максимально благоприятные условия и старается всегда все запретить. Я абсолютно убежден в том, что это дорога в никуда. Всегда существуют силы, которые будут сопротивляться таким тенденциям, характерным, повторяю, почти для любого государства.
А есть ли какие-то пределы, есть ли какие-то ограничители в России? Конечно, есть. Это – Конституция, суд. И, уверяю Вас, никакой опасности демонтажа всей структуры демократического общества, которое было создано за последние 10 лет, не существует. Такой угрозы в России нет.



Никакой опасности демонтажа всей структуры демократического общества, которое было создано за последние 10 лет, не существует. Такой угрозы в России нет






– Но все же журналисты высказывают озабоченность в отношении ограничения свободы слова. Я, например, как журналистка не ощущаю в Канаде таких ограничений, на которые жалуются российские коллеги. Почему они жалуются и какие могут быть основания для ограничения их свобод?
– Вы знаете, я тоже не вижу, в чем ограничение, потому что те, кто жалуется на возможные ограничения, продолжают критиковать и Президента, и Правительство самым жестким образом. Но я не знаю, действуют ли так Ваши коллеги в Вашей стране? Не уверен. Наши действуют. И это самый главный показатель того, что никто никого не ограничивает, во всяком случае, государство прессу никак не ограничивает. Все говорят то, что хотят. К сожалению, и показывают, что хотят, и это не всегда правильно. Потому что некоторые вещи в Северной Америке, допустим, в Канаде, в Соединенных Штатах идут только по кабельному телевидению по соображениям морали. У нас все идет в эфир, к сожалению. И я думаю, что, конечно, общественность должна обратить на это внимание.
Но что касается вопросов политического характера, то никаких ограничений ни для кого нет. Вопрос в России в другом. Вопрос во влиянии некоторых так называемых олигархов, о которых здесь уже упоминали, о влиянии на государство. Средства массовой информации рассматриваются ими как главный рычаг этого влияния.



Государство прессу никак не ограничивает. Все говорят то, что хотят. К сожалению, и показывают, что хотят, и это не всегда правильно





Но здесь так же, как и в любой другой сфере должен действовать закон. Взял деньги на любую предпринимательскую деятельность, в том числе и связанную с функционированием средств массовой информации, верни, если ты их взял в долг. Не можешь вернуть – отдай собственность. Не хочешь отдавать собственность – договаривайся как-то с кредитором другим образом.
Все привыкли, особенно за последнее время, получать от государства все, что хотят, и использовать это так, как заблагорассудится. Не хочется жить в рамках закона. Я считаю, что вот это неправильно.
Нужно всем – и государственным чиновникам, и представителям средств массовой информации, и всем институтам общества и государства научиться жить в рамках закона и исполнять этот закон, нравится он или не нравится. А если не нравится, то надо путем демократических процедур этот закон менять. Вот и все.

– Вы говорите, что предпринимаете действия только против олигархов, но эти действия приводят к страхам и опасениям среди журналистов. Вы считаете, что эти опасения и страхи ошибочны?
– Я считаю, что они абсолютно безосновательны. И все представители средств массовой информации как работали у нас, так и работают без всяких ограничений, занимая самую жесткую позицию по отношению к Правительству и Президенту. И никто не ограничивает их в своей позиции. Мы все это наблюдаем с экранов своих телевизоров каждый день и каждый вечер. Это самое главное доказательство того, что никаких ограничений нет.
Повторяю, вопрос лежит не в сфере свободы распространения информации, а в сфере материальных отношений с владельцами СМИ. Вот они должны действовать в рамках закона. Но, конечно, коллективам, которые стоят за теми или другими предпринимателями, действующими в этой сфере, им, наверное, небезразлично, что происходит с той фирмой, где они работают, так же как и в любой другой сфере бизнеса.

– Владимир Владимирович, так случилось, что Канада занимает очень много места на карте, но значительно меньше места в сознании россиян. Между тем и Россия, и Канада входят в «большую восьмерку». Сможет ли Ваш визит в Канаду в большей степени открыть эту страну для россиян? И подготовлена ли для Вас там какая-либо спортивная или культурная программа?
– Думаю, что мне вряд ли удастся заняться спортом в Канаде. Хотя, действительно, в Канаде очень много интересного, очень приятные люди. Я был там несколько дней и довольно тесно общался с теми, кто организовывал эту поездку. Я в то время еще работал в Петербурге. Мне бы хотелось там побыть в неформальной обстановке. С удовольствием бы это сделал. К сожалению, время визита очень ограничено, и это сделать не удастся.
Что касается того, чтобы открыть страну, не думаю, что это какой-то эпохальный визит. У нас Канаду достаточно хорошо знают и очень тепло к ней относятся. Мы знаем, что там много живет наших соотечественников. Одних спортсменов с 1975 года по 2000 год, хоккеистов Советского Союза и России, играет или играло в НХЛ 408 человек. Только за последний год контракты заключили 128 спортсменов-хоккеистов.
Не думаю, что это будет какое-то открытие. Но мне очень бы хотелось, чтобы этот визит послужил делу развития отношений, чтобы это был дополнительный толчок в развитии двухсторонних отношений, и согласованию наших позиций на международной арене. Мы за последние годы показывали и готовы показать сейчас, что мы можем это сделать. У меня такое чувство, что мы это сделаем, что движение навстречу друг другу будет позитивным.

27 ФЕВРАЛЯ 02:24




РЕКЛАМА






Версия
для печати



Обсудить
в форуме



Обсудить
в чате



Прочитать
позднее


Отправить
по почте















ПЕРВАЯ | НОВОСТИ | ПОЛИТИКА | БИЗНЕС | ФИНАНСЫ | ENGLISH | ОБЩЕСТВО |



КУЛЬТУРА | СПОРТ | АВТО | СТИЛЬ | ПОГОДА | АФИША | ОТДЫХ | ГОРОД



Rambler's Top 100 SpyLog Top List Counter

© "Газета.Ru". При полном или частичном использовании материалов ссылка на "Газету.Ru" обязательна.
Редакция не несет ответственности за достоверность информации, опубликованной в рекламных объявлениях. Редакция не предоставляет справочной информации.
Страницы "Техзона", "Жилплощадь", "Отдых", "Матпомощь", "Образование", "Стиль" являются рекламно-коммерческими приложениями к "Газете.Ru"

Обратная связь: напишите нам    По вопросам рекламы: adv@gazeta.ru



РМК займется производством медной электролитической фольги


Русская медная компания нарастит свои мощности по катодной меди


Как не допустить утечки ценных данных и не стать жертвой киберпреступников


Оружие как бизнес: как кадры меняют российский ВПК


Арифметика энергетики: тратит один, а платит другой


Бизнес-лаборатория Какие киберугрозы чаще всего вредят российскому ретейлу


Отпуск без потерь: как справиться с джетлагом


Мода на аскетизм: новые лица в бизнесе


От кредитования к инвестициям – прогнозы рынка банковских услуг


Новые возможности больших городов



СОДЕРЖАНИЕ
Зачем политикам Интернет

Людям, которые не имеют отношения к Интернету, почему-то ужасно нравится, когда избранные ими политики как бы на равных общаются с интернетчиками… ...


БИОГРАФИЯ
Биография Владимира Владимировича Путина

Родился 7 октября 1952 г. в Ленинграде. По национальности русский. Отец – Владимир Спиридонович Путин, ветеран Великой Отечественной войны, участвовал в обороне Ленинграда, инвалид войны. Мать – Мария Ивановна Путина, родом из Тверской области, пережила блокаду Ленинграда ...


ВСЕ ИНТЕРВЬЮ
Если человека все устраивает, то он полный идиот

Все приличные люди начинали в разведке

У нас в руках большая дубина, одним ударом которой можно все решить

Европа – континент, где Россия чувствует себя дома

Здесь никаких слов не хватит. Выть хочется

РЕКЛАМА