У входа в бар импровизированная баррикада — металлические ограждения, подставки для клумб. По ту сторону баррикады плечом к плечу стоят здоровые парни: хулс «Ливерпуля» выставили охрану. Пробираемся через толпу.

— Эй, парни, можно нам?
— Давайте, парни, залезайте.

Перебираемся через баррикаду. Внутри довольно просторно и, по сравнению с тем, что происходит на площади, тихо. Похоже на фойе ДК после концерта группы «Ленинград». Кажется, еще несколько минут назад воздух тут вился в канаты, а сейчас энергия материализуется в хрустящих под ногами пластиковых стаканах, потерянных и растоптанных предметах гардероба и развешанных по стенам кусках материи с девизами и эмблемами. «Liverpool, You'll never walk alone».

«Ливерпуль» действительно не одинок в эту ночь. Потом подсчитают, что на матч приехало около 40 000 англичан.

Британский журналист, бывший футбольный хулиган, а теперь видный исследователь темы футбольного насилия Дуги Бримсон посвятил массу книг тактике и стратегии британских футбольных мобов. Захватить город, в котором проходит выездная игра, — великий подвиг. Самые востребованные объекты — центральная площадь, исторический центр, главные улицы.

В Стамбуле самая важная для фанатов улица — Истикляль. Ее легко найти каждому приезжему, потому что она — одна из немногих, где проложены трамвайные пути. В остальном она отдана на откуп пешеходам, а значит, барам и ночным клубам. Улица спускается к Босфору и замыкается мостом через Золотой Рог, который в дневное время облеплен рыбаками, ловящими какую-то местную корюшку.

Английские фанаты хорошо знают Стамбул.

В 2000 году здесь, на центральной площади Таксим, во время массовой драки турки зарезали двух англичан, приехавших на матч «Галатасарай» — «Лидс». Еще пятеро попали в больницу. Теперь город ожидает английского реванша.

В такси по дороге из аэропорта спрашиваем водителя, за кого он болеет. Это не первый местный, кому мы задаем этот вопрос. Нам просто кажется, что это самый простой и позитивный метод наладить коммуникацию, ведь весь Стамбул в преддверии финала Лиги живет только этим событием. Город завешан футбольной символикой, а на таможне с саппортеров даже не берут положенные 20 долларов за визу. Чтобы турки добровольно отказались от 20 долларов? Невероятно, но факт. Это жест доброй воли, его цель — показать, насколько Стамбул рад гостям, приехавшим на матч.

Мы верим, что в такие дни разговор о футболе — самый быстрый и простой способ наладить отношения. Но мы ошибаемся.

— За кого болеешь?
Турок отрывается взгляд от дороги и пристально рассматривает нас через зеркало заднего вида. Что-то бормочет под нос.
- «Галатасарай», «Бешикташ».
- Да нет. «Ливерпуль» или «Милан»?

Деваться некуда, но турок не спешит с прямым ответом. Говорит, что любит красивый футбол.

Наверное, Стамбулу есть чего бояться. Двадцать лет назад, в 1985 году, финал Кубка европейских чемпионов с участием Ливерпуля стоил жизни 39 болельщикам. Причина — массовые беспорядки, спровоцированные английскими фанатами на брюссельском стадионе «Эйзель» перед финальным матчем с «Ювентусом». В 1989 году 95 болельщиков «Ливерпуля» были задавлены своими же на стадионе «Хиллсборо» в Шеффилде во время полуфинального матча Кубка Англии с «Ноттингем Форест». Не факт, что наш таксист знает об этих фактах, но выводы делает правильные.

Ночью накануне матча бары в центре либо полны красно-белых, либо пусты. На каждом углу полицейские стоят группами, порой по несколько десятков человек. У них автоматы. Даже если допустить, что часть британских фанатов прилетит в день матча, все равно сейчас в городе никак не меньше двух десятков тысяч человек. Они пьяны, агрессивны и хорошо организованы.

И центр города уже их. Захватывается он так.

Небольшими группами хулс скапливаются на близлежащих улицах, а затем по команде наводняют площадь. Когда они прорываются и собираются вместе, выбить их можно только крайне жесткими действиями. В ожидании этих действий площадь оккупирована журналистами. Они установили камеры и ждут столкновений.

Но правительству Турции такая реклама не нужна: страна стремится в Евросоюз, и ей хватит уже того, как недавно турецкий ОМОН разогнал демонстрацию женщин, вышедших на улицу отстаивать какие-то свои права. Тогда мир обошли кадры, на которых полицейский в тяжелой экипировке бьет сапогом в лицо пытающейся подняться хорошо одетой женщине. Ее голова запрокидывается назад, и она валится на асфальт. И дальше дубинки, снова сапоги, окровавленные женские лица — и снова бег хорошо экипированной турецкой полиции.

С британскими хулиганами всё по-другому.

Уже через несколько часов на площади их будут тысячи. А еще через несколько часов, возможно, больше десятка тысяч. Только накануне матча Стамбул принял более трехсот чартеров из Англии. Английские болельщики облепили памятник Республики. Он символизирует армию-освободительницу, но сегодня его захватила другая армия. Монумент завешан красными полотнищами. За полотнищами, выкрикивая речевки, бесятся саппортеры. Машины, двигающиеся вокруг площади, непрерывно гудят. Похоже на 7 ноября, отданное на откуп нацболам.

К ночи парнями в красно-белом запружена вся площадь, все бары в окрестности, все окрестные улицы и бары на этих улицах. Этой ночью на улицах нет ни одного человека в цветах Милана. Турки также предпочитают не соваться в центр.

Довольно скоро я составляю свою классификацию английских фанатов. В ней три категории.

Первая — «скины». Молодые, крепкие, коротко стриженые, татуированные. Вторая — «докеры». Огромные мужики, с загривками, как у шарпеев, с толстенными ручищами и майками, лежащими на животе параллельно земле. Они плавно движутся в потоке молодняка, похожие на небольшую группу пересекающих саванну слонов. И третья категория — «офисные клерки». Самые опасные.

— Italian?

Мы в штабе ливерпульских саппортеров — баре, перед которым построена баррикада. А перед нами — высокий молодой парень с внешностью преуспевающего менеджера компании, торгующей элитным алкоголем. Только с той разницей, что вместо дорого костюма на нем красная футболка, а алкоголь, который он должен поставлять клиентам, уже в нем. Наверное, это история про любого клерка. Он хороший работник, примерный семьянин, у него кредит, он платит налоги, носит костюм и всегда кидает мусор в урну. Но когда-нибудь система дает сбой.

— Italian?
— Russia, Moscow.

Он ищет в наборе реакций подходящую, говорит что-то вроде «минуточку» и двигается вглубь бара. Алкоголь внутри меня не позволяет фокусироваться на одном предмете дольше нескольких секунд, поэтому картинка вскоре теряет резкость, и англичанин растворяется в полумраке.

— Пошли отсюда.
Но у Коляна пиво, у Коляна фотоаппарат, на стене висит клевый флаг, и еще Колян пока ничего не понял. Мы возимся с пивом и фотоаппаратом.

— Turkish?
Это снова он. И он совершенно точно нас не помнит.

— Come on.
Коляну хочется общения: в конце концов мы тут уже почти свои — и он двигается за англичанином.

Еще несколько минут назад на площади мы классно болтали с двумя ирландцами. Они заметили на нас бейджи с символикой Лиги и приняли за обслуживающий персонал. В их системе ценностей это было круто. Говорили они с таким акцентом, что было понятно только одно: это английский. Только какой-то очень странный английский.

— Русские и ирландцы — мы очень похожи, — сказал рыжий скуластый паренек с красным, залитым веснушками лицом.

— Independence, — ответил я.
— Independence, — парни вскинули «victory». И добавили еще что-то, как мне показалось, про Ирландскую республиканскую армию.

Мы немного обсудили финал кубка Англии, прошедший пару недель назад, где «Арсенал» по пенальти выиграл у «Манчестера». Затем они достали билеты и с каким-то особым трепетом показали нам, где их трибуна и их места. Самое дорогое, что у них было, — это билеты. Мы попрощались.

Тогда-то мы и наполнились эйфорией и двинулись в самую гущу английских фанатов. Но теперь нам из нее явно надо было выбираться.

Английский торговец элитным алкоголем куда-то упорно нас вел. Через несколько шагов его траектория встретилась с непреодолимым препятствием — англичанами, певшими гимн «Ливерпуля».

— Надо валить.
Мы перелезли через баррикаду и вышли на площадь. Дело шло к утру, и настроение толпы менялось. Где-то рядом грохнуло, и человеческое море отхлынуло, освобождая круг, словно сцену.

Действующие лица были таковы.

Первый — турок, продавец бубликов. Эти бублики здесь на каждом углу. Сухие, маленькие, посыпанные кунжутом. Очень дешевые. Их грызут на ходу — самый популярный уличный перекус. Продаются с тележек на велосипедных колесах: две ручки и прозрачный пластиковый колпак.

Второе действующее лицо — тележка. Она валялась в центре круга, а вся площадь вокруг нее была усеяна бубликами. Секунду назад она взмыла в воздух, а бублики осыпались на землю, словно искры догоревшего салюта.

И главные действующие лица — несколько молодых ребят с татуированными предплечьями.

Наклонив корпус, они с разных направлений двигались к турку. Турок голосил. Наверное, что-то вроде: «Ай, дорогой, зачем ты это сделал?» Когда до первого бойца осталось не более пяти шагов, он замолчал и замер. Кто-то схватил его за плечо и что-то быстро сказал. Кто-то в красно-белой футболке начал двигаться рядом с белобрысым пареньком, нашептывая ему на ухо, постепенно уводя с траектории, финальной точкой которой был турок.

Пришедший в себя продавец бросился на землю и стал закидывать в тачку раскиданные по асфальту бублики, затем подхватил ее и рысью побежал из толпы прочь. Нам тоже было пора.

* * *

Стадион «Ататюрк» новый и современный. К нему ведут два подходящих с разных сторон шоссе. По одному автобусы везут англичан, по другому завозят итальянцев. Еще задолго до подъезда к стадиону власти перекрыли движение для любого транспорта, не имеющего отношения к матчу. Но все равно колонны автобусов, у которых в окнах, словно занавески, полощутся красные флаги, встают в жесточайшую пробку.

Саппортеры вываливаются на обочину и выстраиваются вдоль дороги отлить.

Большинство даже при таких обстоятельствах не расстается с пластиковыми стаканчиками. Наверное, их организмы способны поддерживать этот процесс бесконечно, но вскоре пиво заканчивается, а наш автобус хоть и медленно, но все-таки начинает продвигаться дальше. Вдоль всей обочины, насколько хватает глаз, плечом к плечу стоят фанаты «Ливерпуля». Через полчаса автобус встает окончательно.

Стадион уже виден. Он стоит посреди взъерошенной земли, похожей на отвалы карьера. Саппортеры выходят из автобусов и идут к стадиону пешком. Вскоре в пустыне возникает огромная красная река, которая, извиваясь, течет к горизонту, впадая у подножия стадиона в небольшое красное озерцо. Там сцена, там гигантский экран, там распеваются гимны победы. Скоро озерцо превращается в море.

Liverpool, you are not alone.

***

Стадион рассчитан на 60 000 человек. Английские фанаты смогли скупить 40 000 билетов, поэтому в красный цвет выкрашен не только фанатский сектор, но практически весь стадион.

Впереди нас саппортеры Ливерпуля из Польши. На каждую атаку Милана они кричат «курва».

Милан атакует много и красиво, поэтому парни кричат непрерывно. Позади нас британские саппортеры. Они орут боевые речевки, чем сильно угнетают одинокого болельщика Милана, который сидит на нашем ряду. Ему неуютно.

— Милян, Милян! — время от времени кричит он.
- Ноу ченс, чувак, — сурово отвечают ему сверху.

Хоть я болею за «Ливерпуль», мне самому не очень уютно от таких соседей. Девушка Аня рядом со мной еще не определилась, за кого болеть, и она спрашивает совета. Мне кажется, что в это время и в этом месте постановка вопроса не очень удачная.

Гол! Милан забил.

Не дослушав, Аня вскакивает и кричит: «Гол!». Гол, и правда, красивый. «Ливерпуль» замирает, и я чувствую, как парни за нами буравят глазами наши затылки. Делюсь этой мыслью с Аней. Аня обещает сдерживать эмоции.

— Are you Milan supporters? — итальянец, перегнувшись через соседей, радостно орет Ане.

Сволочь. Аня громко, чтобы слышали парни сзади, отвечает, что болеет за красивый футбол.

Через несколько минут итальянцы забьют уже три мяча.

— П…ц Стамбулу, — говорит один из наших приятелей, когда мы выходим на перерыв. — У кого есть что с символикой Ливерпуля?

***

Через час с небольшим «Ливерпуль» совершит невозможное. Он забьет за шесть минут три мяча, затем зубами схватится за штрафную и продержится до пенальти. Там у итальянцев сдадут нервы — и не самый сильный клуб Британии завоюет кубок Лиги Чемпионов-2005. На всю ночь центральная площадь, улицы и окрестные бары станут огромной ареной счастья. А по данным управления полиции, за ночь не будет зафиксировано ни одного инцидента. И это тоже чудо. Причем еще какое.