|
Проведя в столице Тибета Лхасе примерно 5 дней, мы устремились дальше в направлении России. Для этого нам нужно было попасть в Китай.
Предыдущие главы этого рассказа о путешествии из Дели в Москву см. здесь:
по Индии
по Непалу
по Тибету
//редакция "Отдыха"
Водрузив багаж на крышу так называемого спального (slipper) автобуса, который направлялся в ближайший крупный китайский город Ченгду, мы зашли в его салон и тут в полную силу осознали, что предупреждения в книге Lonely Planet о том, что этот выбор присущ crazy maniac mazohists, совершенно справедлив.
Автобус для мазохистов
Снаружи автобус не вызывал подозрений и казался вполне комфортным, но вид изнутри поверг нас в шоковое состояние: по бокам и в середине салона были двухъярусные полулежачие сидения, напоминавшие мягкие бархатные нары, при входе водитель выдавал толстенные одеяла и пакеты для обуви, которую надо было снять, так как мягкими и бархатными были даже пролеты между сидениями. Из-за этого воздух с первых минут поездки наполнился невероятно плотным запахом носков, который иногда отступал, когда китайцы, как по команде все вместе закуривали, и снова воцарялся с закрытием последней форточки.
Тревожные мысли о предстоящем испытании трансформировались в параноидальную депрессию, когда мы осознали, что цифры на наших билетах (из всего написанного мы, естественно понимали только числа) указывали на самые последние нижние места, то есть всю дорогу придется либо биться головой о дно верхнего сидения, либо лежать, поджав под себя ноги, – одно из двух. В общем, не зря все гиды и иже с ними с пеною рта уверяли нас, что иностранцам нельзя выезжать за пределы Лхасы на общественном транспорте: "это может стать проблемой и для вас, и для водителей, которые осмелились вас взять на борт". Но альтернативой-то этому был только супердорогой джип или еще более дорогостоящий самолет. Так что мы не долго думали. Все оказалось просто: помимо политических объяснений этому явлению оказалась еще одна вполне понятная причина – эти автобусы рассчитаны только на маленьких китайцев, а белым рослым Индианам Джонсам придется сложиться вдвое на все пять суток.
Правда, небольшую надежду вселяли проходы, которые были, как говорилось выше, мягкими, и на них можно было спокойно спать, растянувшись в полный рост, но зато там не помещались плечи, и неудобство доставляли окурки, то и дело падающие с верхней полки. Оставалось смиренно испить эту чашу, надеясь на то, что наша психика всё это вынесет и сильно не пострадает.
Так мы покинули Лхасу.
Примерно через час пути в автобус набилась толпа китайцев, которые, крича и суетясь, заняли все пустое пространство салона, тем самым обломав все наши планы относительно проходов. В общем, путь в Китай сулил совершенствование терпения и человеколюбия, а точнее, любви к соседям, которые во сне то и дело закидывали на нас то ноги, то руки. Но это было позже. А тогда мы, плюнув на все эти мирские проблемы, наслаждались золотым тибетским закатом.
Как только вся сутолока улеглась и вновь прибывшие пассажиры заняли места, все дружно начали хрумкать медовыми китайскими грушами и яблоками. Тут мы и поняли, что совершили промах, понадеявшись на то, что по дороге чего-нибудь купим: у нас в запасе были только семечки и конфеты, а дорога прорезала тонкой нитью бескрайнюю безлюдную пустыню до самого горизонта, и надежды что-нибудь купить или хотя бы просто увидеть в окне какое-нибудь поселение почти не было.
На следующее утро на рассвете мы вдруг остановились. Все та же пустыня, но припорошенная снегом, заледеневшая река, стадо яков, а впереди пробка! Какой-то автобус не вписался в поворот и двумя колесами попал в кювет и загородил собой весь проезд. Высыпавшие из него пассажиры, закутавшись в одеяла, дружно пытались веревками его вытащить, но тщетно.
Положение в результате спас грузовик.
Кухня-молния
Спустя несколько часов мы наконец-то добрались до селения. Наши надежды сбылись, все гурьбой завалились в местное кафе. Тут мы и познакомились с китайской кухней.
Столкновению с настоящей китайской кухней по справедливости нужно отвести отельную главу.
Все наши соседи почему-то пошли прямиком на кухню, а поскольку мы в данной ситуации были глухонемыми на чужбине – никто не говорил по-английски, а мы по-китайски, нам ничего не оставалось, как следовать за ними. На кухне взору нашему открылась конфорка с огромным огнем, а на ней внушительных размеров полукруглая сковорода. На столах были разложены тонко нарезанные разнообразные овощи, зелень и мясо, которое тут же со скоростью молнии нарезала гигантским ножом (практически топором) совсем молодая женщина, у которой за спиной в корзине спокойно спал крохотный ребенок. Другая женщина выбранные компоненты бросала в эту раскаленную сковородку, поджаривала и мгновенно сваливала в тарелку. Таким образом, на наших глазах в течении одной минуты приготавливалось огромное блюдо очень вкусной еды!
Да, китайцы в этом смысле действительно быстры, как метеоры. Так что наша очередь быстро подошла, и мы последовали примеру остальных и накидали в сковородку всего-всего ( разобрать, что именно там было, не представилось возможности, потому что большинство ингредиентов мы видели впервые в жизни) и через мгновение, захватив по миске риса, как это полагается, уже сидели в зале, и даже то, что приходилось орудовать палочками, не помешало нам с огромным удовольствием поглотить лакомства все до единого кусочка. Китайцы оставляли больше половины того, что для них приготовили на кухне: оказалось, что так они часто поступают, позже мы в этом убедились – порции в Китае подают огромные, и почти никто их до конца не доедает. Это странно – особенно после того, как видишь нищету китайских крестьян.
В общем, после такой трапезы у нас открылось второе дыхание, и мы с новыми силами пошли дальше биться головой о потолок.
Правда, на этот раз мы остались постоять рядом с шофером, не обращая внимания на его мяукающие возгласы. Он, судя по всему, пытался отправить нас обратно, на законные места ( в самый зад автобуса), объясняя это угрожающими жестами, изображающими мужика в фуражке и с погонами на плечах. Оказалось, что на дороге попадаются китайские милиционеры, которым лучше нас не видеть, так что мы по каждому предупреждению шофера накрывались шалями и резко сужали глаза.
Священное озеро
В автобусе помимо нас ехали только китайцы, но иногда до ушей доносились дикие горские песни-вопли, которые сразу выдавали тех трех или четырех тибетцев на передних местах, которые разбавляли все однообразие пути – за окном была нескончаемая пустыня ( на самом деле это было плато на высоте 4--5 тыс. метров над уровнем моря), и единственным, что выбивалось из общей монотонности природы, была стройка железной дороги.
Поскольку спросить было не у кого, мы даже не знали, где находимся – в Тибете или уже в Китае. Но потом оказалось, что большая часть пути пролегала через Тибет. В этом мы убедились, когда на третий день остановились на обед около какого-то огромного озера, как оказалось позже, священного. Тибетцы совершают ритуальный обход вокруг него, причем не просто пешком, а с простираниями, то есть каждый шаг является простиранием (человек со специальными жестами и мантрами растягивается на земле, вытянув ноги и руки, лицом вниз, затем встает, а следующий такой шаг начинается с того места, где ладони касались земли).
По тибетскому обычаю это считается эффективным методом духовного очищения с помощью физических и ментальных действий.
Озеро было настолько огромным, что обойти его таким образом можно было только за несколько месяцев.
Мы ехали вдоль него около часа, и всё это время на встречу тянулась вереница простирающихся многострадальных, но гордых тибетцев, всё ещё верящих, что когда-нибудь они снова станут хозяевами земли, в которой похоронены их предки, и что к ним сможет вернуться тот, о ком они украдкой молятся и который со слезами молится о них, их учитель и покровитель, далай-лама. На его родине его имя произносить нельзя! Cамый добрый представитель цивилизации, лауреат Нобелевской премии, известный и почитаемый почти во всех странах мира, в своей стране – вне закона!
Тибетцы в Китае
В приозерном кафе мы познакомились с одним местным парнем, мы как-то с ним сразу подружились. Когда мы разговаривали (это был, скорее, язык жестов и улыбок), на его груди я заметила что-то неожиданное и вместе с тем знакомое – это было изображение далай-ламы. Впервые в Тибете мы увидели это лицо! А парень, ничего не боясь, носил его поверх рубашки.
Еще один культурный шок мы испытали в следующем селении – эта была совсем глухая деревня, в которую, судя по всему , не ступала нога белого человека. А шокировали нас местные жители своим видом: мужское население ходило с мечами и замотанными головами, видны были только глаза, от чего становилось жутковато. Зато нас порадовала девушка, работающая на тракторе, наряженная во все традиционное обмундирование со всеми полагающимися примочками, украшениями из гигантского янтаря, кораллов и бирюзы. Тибетки, проживающие в Индии, в таком виде появляются только по праздникам, а тут они в таких костюмчиках просто расхаживают по улицам , копают землю и т. д.
Въезжаем в Китай
Спустя какое-то время мы проехали какой-то контрольный пункт, и тут начался Китай. Выразилось это в том, что засеян и обработан был чуть ли не каждый клочок земли и мы все чаще стали проезжать более крупные поселения, некоторые из них очень сильно напоминали "совок". Иногда что-то дергалось в сердце, пробуждая уже, казалось бы, отступившие воспоминания о Советском Союзе 80-х годов, заросшем серыми хрущевскими пятиэтажками, заводскими трубами и красными транспарантами. Вся эта производственно-агитационная атмосфера усугублялась то и дело мелькавшими велосипедистами в кепочках а-ля Мао и вызывавшими нервные спазмы френчах а-ля Сталин.
Затем ландшафт окончательно изменился... Пустынные сухие степи превратились в заросшие зеленью высокие горы, которым чуть позже ночь и свет полной луны придали сказочные очертания, а мы не смыкая глаз за этим наблюдали. Восторг и удивление вызывали аккуратность и художественная изобретательность, с которыми прокладывалась дорога между порой отвесными скалами, грамотно укрепляемыми так, чтобы не нарушился неповторимый колорит местного пейзажа!
Наконец мы в Ченгду
На следующий день мы прибыли в тот самый долгожданный город Ченгду.
Совершенно обезумевшие, пыльные и помятые, мы наконец покинули ставший нашим четырехдневным приютом автобус.
Через мгновение Саша уже сидел с грудой наших вещей в кафе на автобусной станции, где ему тут же налили зеленого чая, а я по соседству пыталась дозвониться до нашей канадской знакомой, которую мы сначала встретили в Индии, потом в Непале и которая приехала в Ченгду, чтобы поправить здоровье при помощи китайской традиционной медицины. Но, увы, по номеру, который она послала, никто не отвечал.
Что делать, было совсем непонятно, так как никто из местных совсем не говорил по-английски. Тогда я, указывая в центр висевшей на стене карты города, пыталась жестами выяснить у смущенно улыбающейся девицы, как же нам туда попасть. Ведь именно там можно было найти интернет и проверить ящик, куда уже должно было прийти письмо от сестры с кодом для того, чтобы получить от нее спасительный перевод через Westren Union (денег оставалось только на одну поездку на городском транспорте и пару чашек кофе)...
Продолжение рассказа о путешествии по Китаю читайте здесь.
16 АПРЕЛЯ 2004 16:19
|
