26 июня 2016

 $65.15€72.53

18+

Фотография: Станислав Козырев/«Газета.Ru»

«В большинстве случаев суды признавали: это самострой»

В редакции «Газеты.Ru» завершилось онлайн-интервью с главой департамента торговли и услуг Москвы Алексеем Немерюком. Как будет продолжаться снос палаток, из каких магазинов исчезнет алкоголь и чем питаться москвичам в эпоху санкций — ответы на эти и другие вопросы читайте уже сейчас.


  • Газета.Ru

    Начинаем наше онлайн-интервью. Сегодня в гостях у «Газеты.Ru» глава департамента торговли и услуг Москвы Алексей Немерюк. Здравствуйте, Алексей Алексеевич.

    Здравствуйте.

    Газета.Ru

    Очень много вопросов пришло про самострой. Самый главный из них — всех интересует, в каком объеме будут в дальнейшем сноситься ларьки и что именно попадет под снос?

    Артем

    Какие ларьки попадут под снос следующими? Сколько их будет?

    Этого сейчас никто не скажет. И все то, что на прошлой неделе якобы было озвучено (про 364 объекта), не соответствует действительности. На сегодняшний день нет никаких списков. В эти выходные, например, говорили про ресторан «Сафиса», звонили серьезные издания и спрашивали: а вот правда ли, что и этот объект снесут. Это неправда, его не снесут. Он имеет и акт ввода, и разрешение на строительство, и всю проектную документацию, прошел все экспертизы. Поэтому на сегодняшний день каких-либо списков по демонтажу, который уже был произведен, по 829-му постановлению, нет.

    Действительно, есть другое постановление, существующее не первый год, где перечислены все объекты самостроя. Они все прошли комиссии по самострою. И, действительно, их там большое количество. Они находятся в разной степени проработанности. Где-то уже есть и заключения, и подбор всех архивных документов, на каком основании и кому эта земля выдавалась. И, соответственно, есть заключения. Но никто не говорит о том, что эти объекты сейчас перекочуют в это пресловутое 829-е постановление и их через два месяца снесут.

    Газета.Ru

    То есть известно, что следующий этап будет через два месяца?

    Никто не знает.

    Газета.Ru

    А от чего это зависит?

    Сейчас пока идет работа по тем объектам, которые были снесены. Это те объекты, которые стояли на коммуникациях и в ряде случаев серьезно угрожали жизни москвичей и гостей столицы. Дальнейшие шаги пока никто не обсуждал.

    Газета.Ru

    То есть остальные объекты жизни пока не угрожают?

    Может быть, и угрожают. Но пока окончательного решения никто не принимал.

    Газета.Ru

    Главной претензией к вам было то, что у половины объектов, как минимум, были правоустанавливающие документы. То есть вы разрушили институт частной собственности. Вы поставили под сомнение базовую ценность, которую мы получили за последние 20–25 лет. И произошло это не в каком-то депрессивном регионе, а в самом продвинутом — в Москве. То есть в погоне за красотой вы создали прецедент, по итогам которого любая частная собственность может быть поставлена под сомнение: дача, квартира. Люди этого еще не осознают, но это самое страшное из того, в чем вас обвиняют. Дальше это может пойти по всей стране.

    Во-первых, несколько фактов. Это (действия мэрии. — «Газета.Ru») распространяется на конкретные объекты, которые не просто портят архитектурный облик столицы, а несут в себе угрозу. Это исключительно объекты самовольного строительства. И город никогда не выделял — ни в те времена, ни в 90-е, ни в 2000-е, ни в настоящее время — землю под возведение капитальных сооружений на этих местах. То есть это, однозначно, угроза. Город выдавал эту землю под «некапиталку», с определенным обязательством освободить эту землю по истечении срока действия аренды, земельного договора. Сроком до пяти лет, но обычно это было 4 года 11 месяцев.

    Газета.Ru

    Тогда почему вы не затеяли внутреннее расследование, почему по истечении этого срока земля не была освобождена? На основании чего предшественники в правительстве эти документы выдали? Тогда нужно было начинать, наверное, не с предпринимателей, а с самих чиновников, допустивших нарушения?

    Вопрос несколько некорректен. Проблема не в чиновниках. Чиновники судились — и тогда, и сейчас. По каждому из этих объектов были суды разных инстанций. В большинстве случаев суды признавали: это самострой. Но мы пропустили сроки исковой давности, и требования о демонтаже этих объектов либо принуждении собственников к демонтажу этих объектов не могут быть удовлетворены. Человек, получая на пять лет договор, возводил павильон в 30 квадратных метров, обкладывал его по низу кирпичом, шел и получал заключение уважаемого строительного института о том, что это капитальный объект.

    Так зачастую бывает и сейчас, когда суды удовлетворяют ходатайство о проведении экспертизы, чтобы установить, капитальный объект или некапитальный. Они не смотрят на то, что там коммуникации, что там есть объекты культурного наследия, что город изначально выдавал этот земельный участок на ограниченный срок под некапитальный объект. Это никого не интересует. Интересует уже другое: стал ли он капитальным. В то время, в 90-х, в 2000-х, мы жестко общались с адвокатами. Они говорили: мы же это узаконили. Я говорю: молодцы, вы воспользовались лазейкой, вы нашли способ, как обмануть государство и легализовать самострой.

    Газета.Ru

    Вся Москва смеялась над аргументом про коммуникации, на которых стоят эти здания, которые вдруг после 20 лет стали угрожать жителям. Откуда этот аргумент и зачем вы его использовали?

    Не знаю, какие жители над этим смеялись. Но ведь было снесено большое количество других объектов самостроя. По разным решениям судов. В том числе там, где городу удалось вовремя обратиться в суд либо опровергнуть информацию, что срок исковой давности пропущен. И были ситуации, когда случались обрывы коммуникаций. Если помните, в том числе пострадал подвижной состав на Водном стадионе, когда коллеги пытались забить сваю на земельном участке, который не предполагал там строительства. Там тоже нельзя было строить. Никакой экспертизы не было, пришли люди, которые получили землю под киоск, чтобы поставить там трехэтажное здание со сваями. Ну и случайно попали в метрополитен, чуть не угробив кучу людей.

    Поэтому, да, простояло, может быть, еще сто лет. А может быть, и не простояло бы, а завалилось внутрь. Город выделил участки под некапиталку. И одно дело, когда вы над пешеходным переходом ставите павильон весом до пяти тонн, и все понимают, что все в порядке: танки у нас ездят по Тверской улице, конструкция этот вес выдерживает. А другое дело, когда эта конструкция без каких-либо расчетов, без экспертиз была нагружена до 150–200 тонн. Да, она может простоять и 20 лет, и 30. А на 31-й год просто упадет внутрь и придавит людей. И тогда начнутся разборки: а кто разрешал это строительство, кто проводил экспертизу, как велось строительство, какой надзор за этим осуществлялся. Никакого. Это самострой. Да, собственник, который, может быть, сейчас уже за рубежом и три раза успел перепродать этот объект, ответственности за жизни людей не понесет. Потому что он великолепно обустроил свою жизнь.

    Александр

    Уважаемый Алексей. Наблюдатели разделились на «туристов», для которых внешний вид важнее удобства, и на «местных жителей», которым здесь жить и которым очень нужны мелкие торговые точки в шаговой доступности. Скажите прямо, для кого из них вы работаете?

    Работаем для интересов граждан. Я не говорю сейчас туристы, не туристы. Есть совершенно четкие требования законодательства и безопасности. Я понимаю, что можно долго иронизировать на тему безопасности. Но в любом случае все те объекты, которые были снесены, практически в ста процентах случаев находились в зоне функционирования других торговых объектов, причем большого их количества. Тот же самый объект на Новослободской находится в 50 метрах от двух крупных торговых центров. И найти там хлеб, воду, шнурки, скотч — как мне сегодня в «Справедливой России» заявили: мы теперь скотч не можем купить, — несложно, скотч практически в каждом киоске печати есть. И шнурки есть в каждом обувном магазине.

    Газета.Ru

    Обувных магазинов не осталось. И киоски печати вы еще на прежней волне сноса палаток ликвидировали.

    А вот и неправда. Практически ни один киоск печати с дислокации не ушел. Как было их две тысячи, так две тысячи и осталось. Другое дело, что идет замена, и коллеги, понимая, что бизнес не шибко рентабельный сейчас, стали продавать там сосиски и кофе, как советует Ассоциация распространителей печати.

    Но это уже другая история. И мы им неплохо расширили ассортимент: 50 на 50. То есть 50 процентов можно продавать прессы, 50 процентов сопутствующих товаров. Но, еще раз возвращаясь к вопросу Александра, эти объекты однозначно находились в непосредственной близости от большого количества других торговых объектов, и в шаговой доступности можно было найти там практически любой ассортимент.

    Olga

    В районе Академический снесены все ларьки, построенные два-три года назад, причем явно по единым проектам. Это сильно осложнило жизнь, за булкой хлеба или пирожком нужно идти в супермаркет. Каковы экономические обоснования этой деятельности? Неужели это выгодно городскому бюджету? Разъясните, пожалуйста.

    В этих десяти демонтированных объектах размещалось четыре магазина мобильных телефонов и сотовой связи, один аптечный киоск, четыре цветочных магазина, четыре продовольственных, один — услуги быстрого питания и два объекта печати. Буквально на этой же территории сейчас находится не меньше пяти продуктовых магазинов, точка, где продают пирожки и куры-гриль, аптека, ремонт одежды и обуви. Так что слова о том, что теперь негде купить хлеб или получить какие-то бытовые услуги в шаговой доступности, не соответствуют действительности.

    Снесены были объекты, которые размещались над выходами из метрополитена, или у пешеходных переходов, либо в непосредственной близости от них. Там насыщенная обстановка с точки зрения пешеходного потока и, как следствие, крайне высокий интерес у предпринимателей в том, чтобы такие объекты строить.

    Газета.Ru

    Очевидно, вы на каждый микрорайон можете привести контраргументы, что все сохранилось в шаговой доступности, а люди вам будут возражать. Будете ли вы что-то предлагать в ответ на, в общем, значительное недовольство жителей?

    Есть штаб по поддержке малого бизнеса при департаменте науки, промышленной политики и предпринимательства. Все собственники демонтированных объектов получили предложения прийти побеседовать на тему: а как в Москве реально заниматься бизнесом, как легально арендовать помещения, как строить и вводить в эксплуатацию объекты так, чтобы они потом не подлежали сносу.

    Для всех тех, кто арендовал площади в демонтированных объектах, было предложено несколько вариантов. Во-первых, это подземные переходы, ими заведует метрополитен и «Гормост». «Гормост» уже с 1 марта начал выставлять небольшие объекты на торги, там больше 10,5 тыс. кв. метров, метрополитен готовится сделать то же самое, у них 8,5 тыс. кв. метров. По площадям и трафику подземные объекты ничуть не уступают тем, что были снесены, а стоят намного дешевле.

    Во-вторых, у города есть порядка 60 тыс. кв. метров в казне, которые мы готовы выставить на торги. Это первые этажи, пристройки, полуподвальные помещения. Плюс у города есть земельные участки, на которых можно что-то построить, но это все же предложения не для малого бизнеса, а для более серьезных коллег.

    В-третьих, есть предложения со стороны самих коммерсантов. Недалеко от снесенных объектов стоят торговые комплексы, в которых есть более полумиллиона кв. метров, которые они готовы предложить, в том числе и арендаторам, потерявшим свои места. Из-за не очень позитивной экономической ситуации сейчас таких площадей становится больше. Это стимулирует собственников идти на компромиссы. Например, брать не фиксированную ставку с арендаторов, а процент с оборота. Или, например, «арендных каникул», когда вплоть до первого года арендатор может находиться в торговом комплексе бесплатно.

    Еще один вариант, который предлагают гипермаркеты и супермаркеты, — предоставить свои прикассовые зоны под размещение небольших павильонов с услугами сотовой связи, под аптеки, ремонт, химчистку и так далее. Это еще 200 тыс. кв. метров.

    Кстати, я бы не стал говорить, что именно малый бизнес сносами ущемляется. На 70–80%, по разным оценкам, в снесенных объектах сидели сетевики: многие именитые салоны связи, предприятия общественного питания, магазины косметики.

    Более того, мы иногда палатки ставим по просьбе муниципальных депутатов и жителей. Но был ряд примеров: ставим киоски с овощами-фруктами, хлебом и молоком, и те 20–30 человек, которые туда в день приходят, не обеспечивают самоокупаемости этих объектов. Киоск закрывается сам.

    Николай

    В Москве есть два крупных торговых комплекса. «Европейский» на площади Киевского вокзала, построенный прямо над станцией метро, экспертизы показывали, что это небезопасно. И «Атриум» на площади Курского вокзала: полностью испорчен исторический вид города. Блокирована работа транспортного узла. Почему не стоит вопрос о сносе?

    Есть большая разница между самостроем, когда город понимает, что в конкретном месте, куда выходит метро, возможно разместить только некапитальный объект максимум до пяти лет, и дает под это землю. И между случаем с тем же «Европейским».

    Станция метро, действительно, находится на входе или выходе из этого комплекса. Но надо понимать, что были проведены все расчеты, мероприятия по усилению подуличных пешеходных переходов, лестничных маршей, усилены стены, для того чтобы это строение не повлекло за собой ущерб городскому имуществу и чтобы никто не пострадал от этого. Был согласован проект, проведены экспертизы, чтобы не получилось обрушения, как в «Трансвааль-парке».

    После этого был уже этап строительства, следили, сколько туда на самом деле закладывалось арматуры, бетона, насколько конструкция прочная. И после этого уже был акт госприемки. Эта процедура заняла намного больше времени, чем когда объект возводится на ровном месте, даже без фундамента. И с точки зрения капитального строительства вопросов или претензий к «Европейскому» и другим подобным объектам нет.

    Ксения

    Правда ли, что в магазинах нельзя будет купить обычные энергетики? Спасибо!

    Новость уже не нова. Когда алкоэнергетики запретили во многих регионах, многие заговорили о том, что скоро запретят и пепси-колу с кока-колой. Это пока не соответствует действительности. Некоторые депутаты предлагали запретить любые энергетики, но пока какой-либо поддержки это предложение не нашло — ни у законодателей, ни у исполнительной власти.

    Ольга

    Когда закроют рынок «Садовод» на 13-м км МКАД?

    С 2012 года в Москве запрещены некапитальные рынки, кроме сельскохозяйственных. То есть автомобильные, строительные, пищевые, если там не определенные категории продуктов продаются. Контейнерные рынки либо прекратили свое существование еще тогда, либо превратились в капитальные. У московских властей были претензии к «Садоводу», когда он был контейнерным рынком, но сейчас это большой капитальный объект со своими строениями.

    Игорь Викторович

    Планируется ли отменить запрет на курение на летних верандах кафе? В Европе тоже курить в кафе нельзя, но за столиками на улице можно. В Москве все равно все выходят курить на улицу, то есть так и так рядом с сидящими на веранде людьми.

    Такой вопрос поднимался в Государственной думе. Мы выходили с такой инициативой. Но пока законодатели никаких решений на этот счет не приняли.

    «Газета.Ru»: Решение должно быть принято на федеральном уровне?

    Да, ведь это федеральный закон. Там перечислены все типы объектов, где курение запрещено. В том числе есть такой тип, как сооружение, а по техническому регламенту даже настил с небольшими перилами — это уже сооружение, и там курить нельзя.

    Тамара

    Уважаемый Алексей! Будет ли запрещена торговля алкоголем в магазинах, которые находятся в жилых домах?

    Опять же, это инициатива наших московских законодателей. Здесь нельзя однобоко подойти к проблеме — в плане «давайте все закроем». Во-первых, существуют разные первые этажи — в центре города или в жилых микрорайонах; есть разные помещения: пристроенные либо просто встроенные, есть разная площадь этих магазинов. То есть, проводя даже беглый анализ, мы понимаем, что это может привести к закрытию от тысячи до полутора тысяч магазинов. Причем алкоголь зачастую составляет существенную часть дохода предпринимателей. И запрет на торговлю алкоголем приведет к тому, что магазин может в принципе закрыться, будет невыгодно его содержать. И люди лишатся, наряду с алкоголем, еще и других товаров: хлеба, молока, овощей. Хотя, конечно, есть проблема, что алкоголь продают в небольших помещениях: в колясочных, в электрощитовых, внутри самих подъездов. Такие жалобы действительно поступают от жильцов.

    Елена Николаева

    Зачем Москве столько вендинговых автоматов? Кто-то ими вообще пользуется? И почему там в основном только японская продукция?

    Нас, наоборот, разные общественные организации все время упрекают в том, что в Москве нет вендинговых аппаратов. Например, в Токио полмиллиона вендинговых аппаратов, в Нью-Йорке — порядка 200 тыс. В Москве их на улицах практически нет вообще, а в помещениях на всю Москву — 30–40 тыс. штук. В основном это государственные учреждения, офисы. Называть засильем те 87 автоматов, которые стоят в подземных переходах, я бы, наверное, не стал.

    «Газета.Ru»: А москвичи ими пользуются?

    Если этот бизнес развивается, значит, пользуются.

    Володина Галина

    Добрый день! Прошу пояснить, какой правовой статус у автомобилей, продающих кофе, и у фургончиков с гамбургерами, которые бывают на фестивалях еды. Спасибо!

    На фестивали мы действительно приглашаем так называемые фудтраки, которые у нас работают с условием, что делают это именно на ограниченный срок, пока проводится мероприятие. Они выполняют не торговую функцию, а функцию предприятий общественного питания. Те, что работают в парках, делают это на договорных условиях. Такие объекты есть и на ВДНХ, и на Поклонной горе, и в Парке Горького.

    Если такой объект будет около метро, не в рамках фестиваля, а по собственной инициативе, то это уже несанкционированная торговля, периодически их прогоняют сотрудники полиции. То есть автомобиль, продающий кофе у метро, работает нелегально.

    Александр

    Уважаемый Алексей, зачем на кладбищах планируется сделать вайфай?

    Речь идет всего о трех кладбищах в Москве, которые имеют историческую и культурологическую ценность. Сейчас уже есть специальные коды: вы, подойдя к тому или иному памятнику, можете сфотографировать код и выйти в интернет для того, чтобы узнать историю либо самого надгробия, либо того человека, который здесь похоронен.

    Но вайфай делался явно не для тех, кто там захоронен, как шутили об этой идее коллеги.

    Виктор Корнеев

    Здравствуйте! Скажите, пожалуйста, какова продуктовая политика правительства Москвы в свете наших отношений с Турцией? И вообще, удалось ли нам преодолеть продуктовые санкции?

    Судя по тому, что в целом острых жалоб на нехватку того или иного вида продовольствия нет, то, на мой взгляд, удалось. Действительно, практически всем россиянам, в том числе москвичам, пришлось пересмотреть свою продуктовую корзину, отказаться от каких-то привычных продуктов, найти замену некоторым колбасам, сырам, фруктам, цитрусовым или рыбной продукции, которая приходила к нам из Турции.

    На сегодняшний день коллеги из крупных федеральных торговых сетей говорят о том, что они не испытывают дефицита ни по одному из видов продовольствия. Да, там есть определенные отклонения, но они больше сезонные: сезон у турецких производителей начинался чуть раньше. Раньше, например, мы уже в феврале-марте могли находить в магазинах те же самые кабачки, которых сейчас пока нет. Но они появятся чуть позже из других регионов.

    Газета.Ru

    Под другими регионами вы имеете в виду российские регионы или...

    Нет, это все-таки Средняя Азия больше, Азербайджан, в ряде случаев это Иран. Хотя с Ираном, конечно, логистика не очень хорошая: оттуда, может быть, везти дешевле, но дальше по расстоянию. Хотя сейчас иранские сельхозпроизводители активно ищут пути, каким образом упростить транспортное плечо для того, чтобы быстрее попадать на территорию России.

    Газета.Ru

    На какие в принципе страны мы ориентируемся с точки зрения поставки того или иного продовольствия? Вы упомянули Иран и Азербайджан.

    По тому виду продовольствия, по которому действует эмбарго, — то есть это овощи и фрукты, — это Марокко. Марокканские производители не были готовы к тем объемам, которые на них могут свалиться, поэтому очень своевременно перед Новым годом задрали цены на мандарины, практически в два раза. Воспользовались ситуацией.

    Далее это Азербайджан, который по климатическим условиям близок к ряду турецких провинций и может обеспечить нам и помидоры, и огурцы.

    Ну и Иран. С Ираном коллеги сейчас только начинают плотнее взаимодействовать по доставке контейнеров морским путем до Махачкалы. То есть груз сначала будет приходить в Махачкалу, а уже оттуда напрямую доставляться до российских регионов.

    Газета.Ru

    Спасибо большое за ваши ответы!

    Спасибо вам.