Денис Драгунский о мужестве
честно вглядеться в лица
своих предков

«Для чего им простынь — чтоб повесились?»

Стать правонарушителем и избежать пыток почти невозможно, выяснили краснодарские правозащитники

Андрей Кошик (Краснодар) 21.03.2014, 09:53
iStockPhoto

Быть задержанным даже за мелкое правонарушение — значит почти наверняка подвергнуться пыткам. К такому выводу пришли члены краснодарской региональной ОНК по результатам проверок местных СИЗО и околотков. В камерах нет света и окон, вентиляции, канализации и простыней. Как решать проблему, никто не знает, даже в только что построенных полицейских участках пыточные условия содержания оказались заложены в проекте.

Еще немного, и содержание задержанных практически во всех полицейских участках Краснодарского края можно будет приравнять к пыткам бесчеловечными условиями. Речь причем не только о подозреваемых в преступлениях, но и о мелких правонарушителях. Такой вывод огласили члены региональной Общественной наблюдательной комиссии (ОНК) на очередном заседании по итогам работы за первые месяцы этого года.

Не все представители власти нашли время для общения с правозащитниками: помимо сотрудников УФСИН на встрече выступили только региональный омбудсмен Сергей Мышак и краевой уполномоченный по правам ребенка Зоя Козлова. Представители Минюста и управления МВД лишь учитывали замечания для доклада начальству, а прокурора и вовсе не было.

В это время проходило совещание с участием генпрокурора Юрия Чайки, в честь приезда которого центр Краснодара в очередной раз очистили от припаркованных машин, через каждые 15 метров под проливным дождем дежурили полицейские.

Хотя на заседании звучало немало примеров, способных вызвать живой интерес у надзорного ведомства. Так, член региональной ОНК Алик Ле рассказал о недавно открытом отделе полиции в Хостинском районе Сочи: «Само здание шикарное, изолятор временного содержания, если сравнивать с другими районами, просто небо и земля. Но комната для административно задержанных — настоящая камера пыток. Там нет ни света, ни вентиляции. Здание же новое, недавно построили. Получается, те вещи, которые мы выявляем, докладываем о них руководству, остаются только на бумаге». В таком же состоянии, по его словам, комната для административно задержанных и в Центральном отделе сочинской полиции.

Член ОНК Игорь Дударчук привел в пример изолятор в другом районе — Северском. «Постельных принадлежностей нет, посуда стоит на полу рядом с отхожим местом, — негодовал правозащитник. —

Начальник райотдела МВД отвечает: для чего им простынь — чтоб повесились? Вот и весь разговор».

Поднималась на заседании ОНК и тема колоний. Из некоторых поступает информация о завышенных в полтора-два раза ценах в ларьках. При этом плата за труд осужденных значительно ниже, чем на воле, от 100 до 500 рублей в день.

Представитель УФСИН Аркадий Комбаров тут же прокомментировал: торговлей за колючей проволокой занимается отдельное унитарное предприятие, не имеющее отношения к кубанскому управлению. Он согласился, что порой цены завышают: «Регулярно проводим проверки, стараемся приводить их в соответствие со среднерегиональными. Сейчас переходный период, с 1 апреля магазины будут подведомственны новой структуре, которая ориентируется на цены таких торговых сетей, как, например, «Ашан».

«За время двух предыдущих созывов ОНК мы практически не получали сигналов о недозволенных методах на территории СИЗО и изоляторов временного содержания. Основные нарушения тогда происходили в кабинетах начальников уголовного розыска и криминальной мили, — рассказала «Газете.Ru» председатель краевой организации «Матери в защиту прав задержанных, подследственных и осужденных» Татьяна Рудакова. — Сегодня стали поступать жалобы и из краснодарских СИЗО.

Именно изоляторы превращаются в обслуживающую структуру корпоративных интересов следствия и ФСБ».

Правозащитница уточнила, что несколько лет назад общественники проверили условия содержания в ИВС по всей стране, подготовили доклад. И ситуация там стала меняться: МВД нашло деньги на ремонт, условия в изоляторах приблизились к европейским.

«Но напротив камер изолятора часто расположены комнаты для административно задержанных. Например, одни идут по правой стороне, а вторые по левой. Так вот там полный мрак. Доходит до того, что люди спят не на кроватях, а на деревянном настиле на полу. И это характерно для всех отделов полиции в Краснодарском крае», — подытожила Рудакова.

Председатель ОНК Эдуард Идрисов после совещания рассказал «Газете.Ru»: «Как только человек попадает в места лишения свободы, фактически в 90% случаев уже нарушаются его права. Начиная с дежурной части и комнат для административно задержанных. Мы даже не успеваем выезжать, потому что оттуда очень много сигналов и звонков.

Более того, работники органов, которые «принимают» задержанных, часто сами не знают законов, каким образом должны обеспечивать его права, размещать его. Вопиющая безграмотность — проблема многих сотрудников комнат для административно задержанных и ИВС».

Как сообщала «Газета.Ru», в начале февраля в туапсинском спецприемнике для административно задержанных отбывал арест эколог Евгений Витишко, до этого получивший три года за надписи на заборе «дачи Ткачева». Как рассказал гражданский активист Алексей Мандригеля, ранее находившийся в той же камере, там нет ни воды, ни туалета. Задержанным предлагается либо ждать сотрудника, который выведет их в общий туалет, либо воспользоваться стоящим в углу ведром. Также задержанные жалуются на вшей и сквозняк.

Впрочем, как решать проблему, члены ОНК не придумали. Одни предлагают составить подробный доклад по всем нарушениям, другие советуют жаловаться во все возможные инстанции. Но все согласились, что изменить что-либо не получится, если власти не выделят денег, а речь идет о миллионах рублей

Между тем полиция Сочи, комнаты для задержанных в котором правозащитники сравнивают с пыточными, заказала перед Олимпиадой зеркальные фотоаппараты и профессиональные видеокамеры с оснащением более чем на 5 млн рублей.