`

Как подружиться с крокодилом

Владимир Динец о волках, крокодилах и работе в США

Екатерина Шутова 28.03.2016, 15:35
Shutterstock

О результатах своего нового исследования, необычном сотрудничестве в животном мире, мифе о крокодилах и политкорректности в США отделу науки «Газеты.Ru» рассказал Владимир Динец — зоолог, доктор биологических наук, автор научно-популярных книг о природе и путешествиях, соавтор нескольких томов «Энциклопедии природы России».

— Недавно вы стали автором исследования о необычной дружбе гиен и волков… Расскажите, пожалуйста, подробнее о результатах вашей работы. Чем именно она интересна?

— Наши наблюдения интересны тем, что совершенно противоречат ныне существующим представлениям о взаимоотношениях гиен и волков. Считается, что эти хищники крайне неприязненно относятся друг к другу, а мы дважды с интервалом в несколько лет наблюдали гиену, по-видимому, «принятую» в волчью стаю. Как и почему она там оказалась и была ли это одна и та же гиена, мы не знаем.

Владимир Динец
Владимир Динец

— Вы можете привести примеры другого необычного «сотрудничества» в животном мире?

— Разные виды хищников довольно часто «сотрудничают».

Койоты охотятся совместно с барсуками, хищные рыбы — с морскими змеями, киты-горбачи — с морскими львами и так далее.

Однако многолетнего «членства» хищника одного вида в стае другого пока не отмечалось, если, конечно, не считать историй про детей, воспитанных волками, достоверность которых так ни разу и не доказана.

— Расскажите, пожалуйста, о результатах других необычных исследований, связанных с жизнью гиен, которые были проведены в последние несколько лет.

— Полосатых гиен (о которых идет речь в нашей статье) почти никто не изучает. Пятнистых изучают довольно много, но основная загадка их биологии — почему у них такой странный способ размножения — так и не разгадана.

Дело в том, что у самок пятнистых гиен гипертрофированный клитор, внешне очень похожий на пенис самцов.

Сквозь него проходит узкий канал, через который осуществляется спаривание и рождение щенят. Причем роды у пятнистых гиен — процесс мучительно болезненный и опасный, смертность самок при первых родах достигает 30%. А зачем такая система нужна, совершенно непонятно.

— А с жизнью волков?

— Про волков сейчас выясняется много интересного: например, что в Северной Африке водится ранее не распознанный зоологами карликовый волк и что собака — не одомашненный волк: она существовала как самостоятельный дикий вид, отличный от волка, еще до ее приручения человеком.

— Можете рассказать об этом поподробнее? Ведь сейчас распространено мнение, что предок собаки — это именно волк...

— Волк, несомненно, ближайший родственник собаки среди ныне живущих зверей. Но между волком и собакой существует множество различий в анатомии, физиологии, поведении и так далее — слишком много, чтобы они могли «накопиться» за те 20–40 тысяч лет, что существуют домашние собаки.

Одичавшие собаки даже через много поколений не становятся похожими на волков — они начинают напоминать австралийских динго и так называемых собак-парий, беспризорных «дворняжек», живущих в Индии и Юго-Восточной Азии.

По-видимому, собака происходит не от серого волка, какого мы знаем сегодня, а от мелкого волкоподобного зверя, жившего в Азии и уже вымершего. Но доказать это очень трудно, потому что по мере расселения по свету вслед за человеком собаки часто скрещивались с местными волками, и у многих пород очень много волчьей крови, а у некоторых, возможно, есть и примесь шакальей. Сейчас я участвую в большом международном проекте, целью которого как раз является распутывание всего этого клубка — миграций, гибридизации, искусственного и естественного отбора, результаты которых перепутались за десятки тысяч лет.

— Не так давно вы написали научно-популярную книгу о крокодилах «Песни драконов», которую мы, кстати, включили в список лучших научно-популярных произведений 2015 года. Скажите, а чем поведение крокодилов похоже на поведение людей?

— Мало чем. Крокодилы — очень спокойные, терпеливые, рассудительные существа, их поведение обычно определяется логикой, а не эмоциями. Это, конечно, не значит, что крокодилы — просто автоматы.

Они бывают и сердитыми, и нежными (таких ласковых и внимательных друг к другу любовников среди людей редко найдешь), и верными друзьями. Вам здорово повезло, если ваш близкий человек похож характером на крокодила.

— А вы можете рассказать о крокодилах что-нибудь настолько необычное и интересное, что любой человек прочитает это и воскликнет: «Ого, вот это круто!»?

— Сейчас выясняется, что гребнистые крокодилы, живущие в Австралии, хранят в памяти подробную карту всей северной части континента. Их можно отвезти за несколько сотен километров на другое побережье, и они легко вернутся по оптимальному маршруту. Откуда у них в голове такая информация, совершенно непонятно.

— Какой миф, связанный с крокодилами, вас раздражает больше всего?

— Что у них мозг размером с грецкий орех и поэтому они тупые. Мозг у них и вправду невелик (хотя и не настолько), но дело в том, что у них, как и у птиц, мозг устроен совсем не так, как у млекопитающих: его объем используется намного эффективнее, так что крокодил или, допустим, ворона намного умнее, чем млекопитающее с мозгом такого же размера.

— А возможна, кстати, дружба человека и крокодила?

— Еще как. В 1989 году Гилберто Шедден, коста-риканский натуралист-любитель, подобрал и выходил раненного охотниками в голову крокодила.

Они стали друзьями, и их дружба продолжалась 22 года, пока крокодил не умер от старости.

Они плавали вместе, играли, подшучивали друг над другом, устраивали представления для туристов и сообща ловили рыбу. Все эти годы практически все зоологи-специалисты по крокодилам предрекали Шеддену ужасную смерть в крокодильих зубах, но он ни разу не получил ни царапины, хотя крокодил к концу жизни вырос почти до пяти метров.

— Вы занимались наукой в России, Израиле, США… В какой стране самая благоприятная атмосфера для занятия наукой?

— В США, конечно.

Там наибольшая интеллектуальная свобода и меньше всего политкорректности.

Плюс там очень много хороших университетов и потому множество коллег, с которыми можно общаться по любой теме. Библиотечная система там тоже лучше всего, а это очень важно. И множество любителей, из которых можно набирать волонтеров для работы над любым проектом.

— Сегодня в России активно развивается популяризация науки — ученые ездят с лекциями по городам, пишут научно-популярные книги, проводят игры и семинары… А как ученые популяризируют науку за рубежом? Теми же способами?

— На Западе книги тоже пишут, а еще снимают научно-популярные фильмы. Но основная популяризация науки идет через интернет — есть великое множество блогов, форумов, фейсбук-групп и так далее.

— Какой способ научной популяризации, на ваш взгляд, более эффективен — публикация книг и статей или выступления с докладами перед неспециалистами?

— Популяризация через интернет лучше всего «доходит» до молодежи. А у старших поколений и книги, и лекции в одно ухо влетают, в другое вылетают — всерьез менять сложившиеся взгляды люди старше тридцати способны редко.

— По вашим наблюдениям, какие «зоологические» темы даются студентам легче, а какие — сложнее остальных?

— Зависит от контингента.

Студентам, получившим религиозное образование или выросшим в религиозных семьях, труднее всего даются темы, где требуется логическое мышление, потому что сущность религиозного воспитания именно в разрушении способности мыслить логично, в замене логики догмой и казуистикой.

Студентам, получившим «современное» школьное образование, труднее даются области, где нужно много запоминать, потому что в современных школах память не тренируют или тренируют неправильно. А главная проблема — и тем и другим бывает трудно понять, что наука — это не набор фактов, а метод познания.