Екатерина Шульман
о новой роли
российского парламента

Стрельба по соглашениям

К чему может привести возобновление боевых действий в Донбассе

Дмитрий Карцев, Александр Братерский, Любовь Глебовская (Киев), Андрей Винокуров 04.06.2015, 06:58
Ополченцы ДНР под Донецком Геннадий Дубовой/РИА «Новости»
Ополченцы ДНР под Донецком

США обвинили Россию в поддержке наступления сил ДНР. В свою очередь, Москва упрекает в эскалации ситуации официальный Киев. Новые бои в Донбассе могут стать прологом к полномасштабному конфликту. В любом случае, очевидно, что минские соглашения больше не действуют. Между тем перед их заключением в феврале в Америке серьезно обсуждали поставку Украине т.н. летального оружия. Это должно лишний раз напомнить, насколько высоки сейчас ставки.

Бои в среду шли вокруг поселка Марьинка, что к юго-западу от Донецка. Утром представители бригады «Восток» ополчения самопровозглашенной ДНР сообщили корреспонденту «Газеты.Ru», что «Шахтерская» дивизия «Востока» и интернациональная бригада «Пятнашки» взяли населенный пункт, позже представители руководства республики заявили, что о взятии речи не идет, поскольку они якобы «и так» находились в поселке.

На этом фоне глава украинского правительства Арсений Яценюк заявил, что сепаратисты начали полномасштабную военную операцию, а позже представители вооруженных сил Украины (ВСУ) объявили, что отбили Марьинку у ДНР.

Точных данных, под чьим контролем остался поселок к концу дня, не было, хотя украинская сторона утверждает, что атаку удалось отбить. Счет жертв идет на десятки человек.

В любом случае, бой оказался самым ожесточенным со времен сражений за Донецкий аэропорт и дебальцевского котла. Обе стороны применяли тяжелую технику и артиллерию. Каждый новый залп хоронил вторые минские соглашения, которые продержались даже меньше, чем первые договоренности.

Напомним, что зимой масштабные бои в Донбассе возобновились в середине января — через четыре с лишним месяца после сентябрьских переговоров в столице Белоруссии. Вторая встреча на высшем уровне прошла там же 11–12 февраля, но ее результатов не хватило даже на четыре месяца.

Дополнительной остроты ожиданиям добавило сообщение о том, что председатель Совета Федерации Валентина Матвиенко попросила сенаторов быть готовыми к внеочередному заседанию верхней палаты — именно при таких обстоятельствах 1 марта 2014 года, в разгар крымских событий, Владимир Путин получил право на ввод войск на Украину. Однако позже было разъяснено, что с конфликтом на востоке Украины возможное заседание не связано.

Причины, по которым начались бои на этот раз, стороны объясняют по-разному. Представители ополчения в разговорах с корреспондентом «Газеты.Ru» говорят о том, что стремятся отвести линию фронта дальше от Донецка и Луганска, которые стали, по сути, прифронтовыми городами.

В то же время замкомандира запрещенного в России «Правого сектора» Валентин Манько выразил уверенность, что тем самым силы ДНР пытаются образовать очередной котел для украинской армии, на этот раз в районе Песков, Карловки и Авдеевки — это поселки в непосредственной близости к Донецкому аэропорту, которые остаются под контролем Украины.

«Если вы внимательно следили за развитием ситуации, то в Марьинке просто произошел переход накопленного количества в качество, — комментирует украинский политолог Владимир Фесенко. — Донецкий аэропорт все последние месяцы был одной из горячих точек конфликта. Собственно, были две главные точки, где бои не прекращались ни одного дня: это Широкино и район Донецкого аэропорта. Там менялись локации боев и обстрелов: Пески, Марьинка, но там постоянно шли бои и обстрелы. Поэтому то, что пошли в наступление столь массированно, это ожидалось: сепаратисты пытаются, что называется, не мытьем так катаньем выбить украинские войска с позиций под Донецком и Луганском».

Другой украинский эксперт Вадим Карасев, считает, что непосредственным поводом для возобновления масштабных боевых действий стало ужесточение экономической блокады Донбасса со стороны Украины.

«Рано или поздно это должно было случиться, — говорит замдиректора Института стран СНГ Владимир Жарихин. — Киев демонстративно и не таясь выражал нежелание выполнять экономические и политические требования минских соглашений, поэтому перемирие не могло продолжаться долго — реализация только военной части соглашений давала лишь временную передышку. Кто там первый начал, должна разбираться ОБСЕ, но я думаю, что у обеих сторон будут противоположные оценки на этот счет. У Киева сейчас тяжелая ситуация: если большинство военнослужащих только рады, чтобы война закончилась, то те, кто воюет там по идеологическим соображениям, киснут без дела».

Тем не менее очевидно, что все это локальные поводы, а глобальная причина состоит в том, что Минск-2, как и Минск-1, так и не стал для Донбасса аналогом дейтонских соглашений, прекративших войну в Боснии.

О том, что соглашения фактически не соблюдаются ни одной из сторон, «Газета.Ru» писала еще в мае. Ключевые пункты договоренностей: о возвращении Украине контроля над границей с Россией, проведении в регионе новых выборов и начале конституционной реформы — тесно увязаны между собой. На практике это привело к тому, что каждая из сторон не желает идти на первый шаг, опасаясь, что другая использует его для наращивания своей мощи. О введении полноценного миротворческого контингента в них речи и вовсе не шло.

В условиях тотального взаимного недоверия долгое умиротворение оказалось нереальным.

По мнению директора Центра политической конъюнктуры Алексея Чеснакова, минские соглашения являются «желательной страховкой», но не гарантией от возобновления боевых действий. Он подчеркивает, что совершенно явно с обеих сторон идут провокации: «При этом ни та, ни другая сторона не готова их терпеть».

По мнению Чеснакова, за три с половиной месяца Киев так и не продемонстрировал готовности инкорпорировать республики в Украину хоть на каких-то правах: «Они сами не растворятся!» В такой ситуации при наличии большого количества оружия на территории ДНР и ЛНР «наивно» ожидать, что оно будет лежать без дела.

Но самое главное, похоже, не изменилась глобальная политическая конъюнктура, которая во многом определяет развитие ситуации в Донбассе.

Определенные надежды на улучшение отношений между Россией и Западом связывали с внезапным визитом в Россию и встречей с Владимиром Путиным госсекретаря США Джона Керри. Вскоре после этого состоялась встреча министров иностранных дел стран — членов НАТО, в ходе которой несколько снизился критический тон в адрес Москвы и прозвучали определенные замечания в адрес Киева.

Но в целом, похоже, это ситуацию не изменило.

Официальные заявления из Москвы и Вашингтона, прозвучавшие на исходе первого дня боев, до боли напоминают риторику начала года.

«Естественно, в Москве внимательно наблюдают и испытывают крайнюю обеспокоенность в связи с провокационными действиями со стороны вооруженных сил Украины, которые, насколько мы можем судить, во многом провоцируют ситуацию, — заявил, в частности, пресс-секретарь Владимира Путина Дмитрий Песков. — Мы глубоко обеспокоены продолжающимися обстрелами населенных пунктов в Донбассе, гибелью людей, детей, и поэтому мы очень внимательно наблюдаем за тем, как развивается ситуация, и в зависимости от развития будет формулироваться позиция».

«Россия и ополченцы осуществляют совместное командование», — заочно ответила представительница Госдепартамента США Мари Харф, уточнив, что «Россия направила на Украину тяжелую артиллерию, многочисленные ракетные системы и другие современные вооружения».

Столь синхронно-жесткая риторика со стороны Москвы и Вашингтона заставляет предположить, что боевые действия будут только разгораться.

Стоит отметить, что эскалация конфликта происходит незадолго до того, как западные страны должны принять решение о продлении или приостановлении санкций против России. The Wall Street Journal сообщила, что ЕС, скорее всего, продлит ограничительные меры.

Если в Москве уверены, что неблагоприятное для нее решение уже фактически принято, то это может заставить ее максимально лояльно смотреть на наступательные действия ополчения.

Впрочем, Алексей Чеснаков уверен, что обострение конфликта становится выгодным украинской стороне в преддверии саммита ЕС, на котором и должна определиться судьба санкций: «Факты боев позволят им давить на Россию через Запад».

«Ситуация для нас умеренно благоприятная, — написал на своей странице в фейсбуке координатор «негуманитарной помощи» ДНР и ЛНР Александр Жучковский. — Умеренно — потому что за время перемирия украинцы неплохо укрепились и стянули большое количество бронетехники, поэтому прорываться будет непросто. Благоприятная — потому что мы тоже без дела не сидели и потому что работает центр (сегодня очевидцы отмечали активизацию «военторга» на границе и на территории)».

«В среду в бой с обеих сторон вступили тяжелая артиллерия и системы залпового огня, запрещенные минским соглашением, — передает собкор «Газеты.Ru» в Донбассе. — Кроме того, очень о многом говорит разгром Петровской телевышки в Донецке — ее призывали взорвать с июня 2014 года, чтобы прекратить вещание «вражеских» каналов, «вырубить Россию». То, что сегодня под шумок ее накрыли, говорит о том, что бой двусторонний и что на планы атаки были свои планы активной обороны».

Украинские эксперты не слишком оптимистичны в прогнозах.

«Это лишь проба пера, анонс возможного возобновления полномасштабных боевых действий, попытка прощупать, насколько уязвима наша оборона для того, чтобы внести коррективы в военное планирование, — считает Вадим Карасев. — А военное планирование ЛНР и ДНР заключается в том, чтобы в случае заморозки конфликта пойти в наступление, и если уж замораживать конфликт, то на территории Донецкой и Луганской областей. Понятно, что экономически ДНР и ЛНР в нынешних границах несостоятельны: без Мариуполя, без промышленных предприятий, металлургических комбинатов они быстро схлопнутся.

Поэтому либо автономный статус ДНР и ЛНР в составе Украины, либо они пойдут в наступление, потому что в этой ситуации им нужна будет вся территория Донецкой и Луганской областей, т.е. весь Донбасс, с его промышленным потенциалом, инфраструктурой, транспортной и портовой логистикой. На автономию мы не согласны».

Однако Алексей Чеснаков считает, что делать выводы о «серьезных боевых действиях преждевременно».

«Нет ощущения, что это пролог крупномасштабных боевых действий» и у другого российского политолога, в прошлом замглавы МИД России Георгия Кунадзе.

Тем не менее уже сейчас можно сказать, почему минские соглашения с такой очевидностью проваливаются. Тот же Дейтон был призван решить сугубо региональный конфликт и с этой задачей справился. Донбасс же оказался лишь ареной большого противостояния, и разрешать нужно именно его. Этого не сделано, и именно поэтому новые витки конфликта фактически неизбежны.

Стоит отметить, что накануне подписания февральских договоренностей в США серьезно обсуждалась тема поставки на Украину т.н. летального оружия.

По одной из версий, канцлер Германии Ангела Меркель тогда предприняла свое беспрецедентное дипломатическое турне именно с тем, чтобы избежать этого и не дать разгореться в Европе полноценному противостоянию. Между тем не так давно глава СНБО Украины Александр Турчинов заявил, что новая эскалация конфликта в Донбассе приведет именно к «континентальной войне».

«Самое плохое, что может случиться сегодня для России – это мощная эскалация в Украине, - уверен Ариэль Коэн, старший эксперт Атлантического совета и директор Центра энергии, природных ресурсов и геополитики Института анализа глобальной безопасности в Вашингтоне. - Раньше или позже такая эскалация может выйти из-под контроля, с непредсказуемыми и непоправимыми последствиями. Настоящие лидерство – это не раздуть войну, а предотвратить её. Европа наслаждалась миром 70 лет, и нет объективных причин нарушать этот мир. Ответственность за поддержание мира в Европе лежит на её лидерах. Перефразируя Бисмарка, можно сказать, что весь Донбасс не стоит костей одного русского солдата».