Лидеру движения «Мы» удалось то, что до сих пор не удавалось почти никому из российской оппозиции. Суд вышестоящей инстанции удовлетворил кассационную жалобу на его арест и признал действия милиции, разгонявшей уличную акцию, незаконной. Доброхотов был арестован в день всероссийских митингов 31 января на Горбатом мосту у дома российского правительства. Вместе с друзьями по движению «Мы» Доброхотов устроил около Белого дома акцию протеста.
Восемь человек, включая Доброхотова, встали в ряд на Горбатом мосту с пустыми плакатами и заклеенными ртами.
Через четыре минуты акцию принудительно прекратил ОМОН, забрав всех в отделение милиции, откуда они в тот же день были транспортированы в мировой суд.
Однако если всех остальных судья приговорил к штрафу в 500 рублей за несанкционированную акцию, то дело Доброхотова переквалифицировали на другую статью КОАП 20.1 (мелкое хулиганство). Милиция утверждала, что оппозиционер публично и громко матерился, хотя Доброхотов акцию отстоял с закрытым ртом.
В результате судья приговорил Доброхотова к пяти суткам ареста, и его из зала суда отправили в изолятор временного содержания на Симферопольском бульваре.
Даже лидер нацболов Эдуард Лимонов в тот день получил всего сутки ареста. Правда, Лимонову, в отличие от Доброхотова, не удалось победить в суде. Вечером 3 февраля Пресненский районный суд рассмотрел жалобу адвоката Доброхотова Елены Липцер и отменил решение нижестоящей инстанции. Как рассказал «Газете.Ru» сам Доброхотов, основным доказательством его невиновности стало видео, снятое корреспондентом «Грани ТВ», на котором видна вся акция от начала до конца и не слышно ни одного матерного слова со стороны оппозиционеров. «Суд также пришел к выводу, что сотрудники милиции не могут быть свидетелями. А других свидетелей у них не было, зато у нас их было много», — сказал Доброхотов. Сразу после оглашения решения лидера движения «Мы» освободили. «То ли доказательства были слишком убедительными, то ли судья решился на определенную смелость», — полагает он теперь.
Свои приключения в тюрьме Доброхотов теперь вспоминает с легкостью. По его словам, с его приходом в камере поменяли белье, а сокамерники (коих было 10 человек) и тюремный персонал «к политическим относятся с уважением». «Самое ужасное в камере – параша – никак не отгороженная дырка для туалета в полу», — утверждает оппозиционер.
