Добрый день.

Я пока не знаю, чем я буду заниматься на постоянной основе. Предложения некоторые есть, они касаются как бизнеса,так и общественной деятельности, но сейчас у меня стоит задача поиска. Я планирую в течение 2--3 недель отдохнуть, а потом с этим разбираться. Я продолжаю оставаться депутатом, и моя депутатская деятельность продолжается, есть проекты, связанные с созданием института молодежной политики. Есть работа по объединению демократического движения в соответствии с теми решениями, которые были приняты в Санкт-Петербурге.

Если можно, я по бизнесу ничего говорить не стану, вдруг власти не знают. Так мой бизнес будет успешней.

Бизнес был бы успешнее, если бы я больше внимания уделял стратегическому планированию. Кроме того, в нынешних условиях этот бизнес находится в тяжелой ситуации в связи с кризисом в российской мировой экономике.

Что касается второй части вопроса: да, это рискованно, совершенно точно, что наличие какого-либо бизнеса - это дополнительное средство давления.

Ну, я в данном случае буду выражать собственное мнение, поскольку я не могу говорить за всю коалиционную группу.

1. Перспективы у движения есть, иначе я бы не участвовал.
2. В ближайшее время это движение не планирует преобразования в партию, так как оно никогда не будет зарегистрировано как партия.
В отсутствие выборов регистрация невозможна, поэтому задача у этого движения несколько иная -- просветительская деятельность, активизация гражданского общества, участие в выборах там, где выборы осуществляются по мажоритарной системе на уровне местного самоуправления.
3. Что касается маршей несогласных, я думаю, это движение будет организовывать акции уличного протеста в несколько ином формате -- думаю, это будут марши демократического движения, которые будут объединять сторонники демократического движения, а не просто оппозиционеров любых мастей. Ведь именно всеядность маршей несогласных отталкивает от него некоторых участников.

Я напомню, что 5 апреля в Санкт-Петербурге была проведена конференция, на которой была избрана координационная группа. Ее задача -- проведение съезда демократических сил ориентировочно 13 декабря.

Туда входят такие личности, как Борис Немцов, Владимир Милов, Гарри Каспаров, Лев Пономарев, Лев Самодуров, Илья Яшин, Олег Козловский, Иван Стариков, я вхожу, Максим Резник, Оля Курносова из Санкт-Петербурга, может, кого-то забыл. В этом движении, я думаю, будут принимать участие как люди, не состоящие ни в каких партиях и общественных организациях, так и люди, которые являются членами партии, поскольку участие в движении не предполагает обязательного выхода из партии. Поэтому там будут и "яблочники", и "спсовцы", возможно, представители республиканской партии, ОГФ и других структур.

Я прекрасно общаюсь и с Митрохиным, и с Явлинским, и с Иваненко, у меня лично с ними конфликтов нет, я в нормальных отношениях с Яшиным, Резником, с региональными лидерами, мое личное общение с этой политической партией не претерпит изменений.
Я думаю, отдельные представители будут участвовать в демократической конференции.

Ни то и ни другое. Никакой весенней договоренности не было. Было высказано предложение кремлевской администрации, а я принял для себя решение, что именно в этом проекте участвовать не буду, но я считаю возможным участвовать в альтернативных проектах развития партии.

В течение всего лета лично я очень активно вел переговоры с представителями ОГФ, РНДС, РПР, "Яблока" и отдельными общественно-политическими деятелями. Мы практически договорились, и даже в начале августа прозвучала моя фраза о том, что вероятность объединения велика как никогда. А потом я понял, что никаких альтернативных сценариев для партии нет: либо погибнуть самой, либо участвовать в кремлевском проекте.

Погибнуть самой партии не удалось бы: разлагающиеся партии -- это лакомый кусок для рейдерского захвата. Единственная возможность сохранения партии -- это участие в кремлевском проекте. Других альтернативных сценариев нет. И я принял для себя решение, что буду уходить.

Я не в курсе деталей этого проекта, я не принимал участие в переговорах после того, как я обозначил свое неучастие в этом проекте.

Мне кажется, что "коридор лояльности" -- это самая уязвимая часть этого проекта, поскольку как минимум та часть людей, которая зайдет в этот проект от СПС, точно не будет готова поддерживать российские власти в их внешнеполитической деятельности, в экономической деятельности, по ряду внутриполитических вопросов - особенно тех, которые касаются политической системы выборов, вопросов федерализма. Насколько терпимо власть будет относиться к заявлениям этих людей, я не знаю. Мне кажется, что терпение у кремлевской администрации далеко не безгранично, поэтому этот проект содержит в себе внутренние риски, которые могут привести к разрушению проекта в течение первого же полугодия. Может быть, я ошибаюсь.

Что касается "радикалов", то я не знаю про такое требование. Кроме того, сама технология не предполагает такого "избавления". Партии будут распущены, а сами "радикалы", я думаю, не напишут заявлений о вступлении в новый проект.

СПС -- партия, имеющая в качестве своей идеологии либеральную демократию. Действующая власть в России: а) нелиберальна; б) недемократична. Поэтому либерально-демократическая партия, настоящая, не может не находиться в оппозиции к власти. Когда эта оппозиция контролируется и создается при участии самой власти, то вопрос ее независимости и оппозиционности для меня лично закрывается. Меня пытаются, из хороших побуждений, возможно, представить вождем радикалов в СПС. Я не участвую в проекте не потому, что проект предполагает взаимодействие с властью. В конце концов, мы всегда говорили, что хорошо, что Кудрин возглавил Минфин, Игнатьев -- Центробанк, Артемьев -- ФАС. Я считаю, что либеральный губернатор Чиркунов лучше, чем какие-то держиморды в других регионах.

Неприемлемым для меня в этом проекте является его имитационность. Не факт взаимодействия с властью, а то, что эта структура должна будет изображать независимую демократическую структуру, на самом деле независимой не являющейся.

Кудрин может работать плохо или хорошо, но он выполняет некоторую конкретную работу, и оценивается Минфин -- хорошо работает или плохо, то же самое можно сказать об Артемьеве. Но участие в неком таком театре -- это нечто другое, эта работа предполагает не испытание твоих профессиональных качеств, а испытание качеств актерских. "Изображать оппозицию", независимую, при том что факта независимости и оппозиции нет.

Кто-то на это готов, это вопрос вкусовщины, но я не готов. Поэтому я в эфире "Эха Москвы" сказал, что я могу понять и принять решение о назначении Надеждина губернатором Московской области -- конкретная работа, можно оценивать, как справляется, в т. ч. насколько во вверенном регионе существует демократия, гражданское общество. Но я не пойму и не приму Надеждина в качестве члена или председателя Избиркома. Поскольку эта работа связана скорее с имитацией процесса "выборов", которого нет.

Александр, потому что я никогда не руководил партией, которую финансировал госчиновник Чубайс. Последний год партия финансировалась скромным пермским парнем Никитой Белых. До этого у партии было несколько разных, не связанных друг с другом, источников финансирования.

Я думаю, в новый проект войдет естественным путем около трети. Если будет какая-то особая кампания по привлечению в новую партию старых членов, то, может быть, войдет больше половины. Но поскольку по духу своему СПС скорее партия не массовая, а кадровая, то надо смотреть не на всех членов партии, а на актив и руководство, которое осуществляет деятельность в регионах. Таковых будет, думаю, процентов семьдесят.

Если от вас ничего не зависит -- делайте так, чтобы от вас что-то зависело.

Думаю, что выходить точно не надо -- дождитесь съезда. В зависимости от того, какие решения будут приняты на съезде 15 и 16 ноября, принимайте для себя решение. Если вас эта партия устраивает, в том числе и по персоналиям, принимайте решение сами. Или вступите в новую партию, или становитесь участником объединенного демократического движения, или становитесь сторонним наблюдателем, продолжая спорить в ЖЖ, например.

Нет, не считаю ошибкой. Недостатков в работе было много, но стратегически, при том что наши пути с Антоном, вероятно, разойдутся, я считаю его одним из самых талантливых политтехнологов и организаторов.

Пока им будем заниматься мы с Вадимом Прохоровым. Формально есть решение политсовета об этом иске, и формально его никто не отменял. Формально эти работы идут. Другое дело, что работа со Страсбургским судом достаточно длительна, и вопрос -- что делать после 15 ноября, когда сама партия перестанет существовать? Прохоров сейчас в Страсбурге, вернется -- мы с ним это обсудим. Там, в Верховном суде, есть иски как от СПС, так и лично от Белых. Исками от Белых там я прекращать заниматься не собираюсь. Эту работу мы будем продолжать, в каком формате -- определимся.

Да, да. СПС изначально для тех, кто там не помнит историю -- в 99 году был создан как избирательный блок, а в 2000 был преобразован в партию. В этом блоке находились разные люди с разной историей, с разным бэкграундом, были старые демократы из демвыбора России, были "комсомольцы" из "Новой силы" молодые, были представители других организаций.

Когда СПС был партией парламентской, и ее представители присутствовали во власти, несмотря на противоречия, они находили точки сближения, демократы занимались правами человека, развитием гражданского общества, "комсомольцы" занимались либерализацией экономики, снижением налогов, прозрачностью бюджета. А когда партия оказалась вне парламента, проблема стала видна. Кто привык стоять на баррикадах еще с конца 80-х -- хотели стоять на баррикадах. Поколение яппи (к которым отношусь и я -- я сам попал в СПС из "Новой силы", будучи предпринимателем), видели себя на баррикадах очень плохо.

А когда ситуация стала развиваться без полутонов, эти противоречия усугубились. Думаю, что сейчас этот раскол, как это ни грустно, он, наверное, во благо, не партии, может быть, а людям. Те, кто непримиримые радикалы, будут участвовать в демократическом движении, заниматься борьбой с действующей властью, надеюсь, в рамках закона. Кто видит главной задачей либерализацию экономики -- будут на разных уровнях региональных парламентов, местного самоуправления, исполнительной власти бороться с коррупцией, властным бизнесом и т. п. Думаю, каждый сможет найти свое место -- кто на баррикадах, кто в парламенте.

Ну, что касается мнения новой структуры -- спросите у Гозмана. Меня этот вопрос интересует только в вопросах внешней политики, наше же мнение по поводу Осетии и Абхазии всем известно. По поводу оценки текущих событий -- что скажет новая структура, не знаю. Кремль же будет против оценки, отличной от его собственной.

Что касается мнения демократического движения, то члены координации группы принимали заявление, в котором говорили о том, что признание Южной Осетии и Абхазии не дает ничего ни России, ни этим республикам.


Что касается финансового кризиса -- я оцениваю действия российских властей в этой части как: а) сумбурные; и б) неэффективные. Можно в отдельности рассматривать каждое событие -- выделение денег Газпромбанку, Внешторгбанку, Сбербанку -- это ситуацию не исправило, ликвидность коммерческих банков не повысилась, они использовали для собственных нужд, а остатки поместили на депозиты, вместо того чтобы поддержать другие банки.

Ситуация, связанная с работой на ММВБ и РТС, особенно двухнедельной давности, и поддержка бюджетными деньгами -- тоже, считаю, просто отдали несколько миллиардов долларов иностранным инвесторам, подарили страховым компаниям, пенсионным фондам США и Европы -- просто позволили уйти этим деньгам.

Со всеми перечисленными я в очень теплых дружеских отношениях. Все они люди разные, но с каждым из них мне лично интересно и комфортно. Что касается того, кто может быть столпом -- проблема в том, что на сегодняшний день в либерально-демократическом обществе нет общепризнанного авторитета, кто мог бы всех консолидировать -- поэтому общественные и политические конструкции должны предполагать некоторую коллегиальность руководства. Назвать человека, который мог бы объединить всех, -- невозможно.

Я не знаю, какие задачи на него возлагал Путин, поэтому и не могу сказать, насколько хорошо он с ними справляется.

Насчет либерального имиджа Медведева -- про "либеральную оттепель" я уже говорил, хотя умом многие понимали, в душе многие надеялись, что будет какое-то потепление, но сейчас об этом говорить бессмысленно, особенно после августовских событий, различие или грань между Путиным и Медведевым уже провести нельзя.

Я уже говорил, могу повториться -- я уважительно отношусь к Михаилу Сергеевичу и Александру Евгеньевичу. Я благодарен Александру Евгеньевичу, что он предпринимал и готов предпринимать попытки по сохранению СПС. В той критической ситуации с СПС это очень важно. Второе: я не верю, что эта партия будет зарегистрирована, несмотря на наличие такого политического тяжеловеса, как Михаил Сергеевич, и финансовые возможности Александра Евгеньевича. Они хотят создать независимую демократическую партию -- она не будет независимая, если будет партией, а если она будет независимой, она не будет партией. Я всячески поддерживаю их начинание, но в сам проект я не верю.

Нет, я вступать в никакую политическую партию не собираюсь, а если политическая ситуация принципиально не поменяется (а я не вижу, почему она может поменяться), то я на эти выборы не пойду.

Большое спасибо "Газете.Ru" -- это моя первая онлайн-конференция без очков (я пару дней назад сделал операцию по коррекции зрения), я на всё взглянул другими глазами. Более того, это первая онлайн-конференция в статусе экс-лидера. Борьба продолжается.