Цивилизация
Компаньоны Стерлигова, открывшего «Антикризисный расчетно-товарный центр» (АРТЦ), заявили некоторым СМИ, что внесли в их совместный бизнес 1,710 млн евро вступительных взносов за право открыть филиалы АРТЦ в регионах. Теперь они хотели бы вернуть свои деньги, полагая, что Стерлигов создал финансовую пирамиду.
Сам Стерлигов эти суммы не комментирует, но говорит, что вступительный взнос в АРТЦ составляет 30 тысяч евро. «У нас уже 4,5 тысячи юридических лиц в виде клиентов и сотни новых заявок», — заявил бизнесмен «Газете.Ru».
Уточнить претензии партнеров не удалось. Гендиректор казахского представительства Кирилл Пашкин скидывал звонки на мобильный телефон. А сотрудники компании-партнера в Лондоне комментировать ситуацию отказались: «Господин Стерлигов попросил ничего не рассказывать до следующей среды, когда будет организована пресс-конференция. Там все и узнаете».
«Да, четыре человека хотят судиться: видимо, недовольны жизнью», — заявил «Газете.Ru» Стерлигов. Назвать их фамилии он отказался, «чтобы не делать им рекламы», но уточнил, что речь идет о бывших партнерах по Казахстану, Украине и Кемерово.
«Я уже давно расторг с ними договор, потому что они не выполнили своих обязательств. Внесли только вступительный взнос. Офисы не организовывали, заявки не принимали, работы нет, вот они и ходят бухтят, — говорит Стерлигов. — А остальные работают. У нас более 40 партнеров».
При этом Стерлигов опровергает, что АРТЦ «живет на вступительный взнос». «Расчетная система еще не функционирует. И сейчас я все делаю за свои деньги. Я не получил ни от кого никакой абонентской платы. Это не пирамида. Это информационная услуга, даже оборота нет никакого денежного. Мы не участники сделок. Вот какой может быть оборот у консультанта-юриста, скажите?», — говорит Стерлигов.
Осенью прошлого года Стерлигов создал виртуальную товарную биржу — АРТЦ. Точнее, возродил свое прежнее детище – биржу «Алиса», созданную им на заре перестройки. АРТЦ, заявляет Стерлигов, это инструмент, с помощью которого можно превратить товар в другой товар почти без использования денег. Стерлигов считает, что в условиях кризиса денег катастрофически не хватает, и потому необходимо эффективно распорядиться оставшимися.
Для этого по всему миру создаются сотни отделений АРТЦ. Через эти каналы в систему вкачивается информация о заявках на обмен товаров. Каждый из участников биржи заключает договор на оказание информационных услуг, и ему открывают электронный «личный кабинет». Участник торгов делает заявку на куплю-продажу, причем фактическое наличие товара (либо стремление купить таковой) подтверждается гарантийным взносом (2% от суммы продаваемого либо предполагаемой суммы покупаемого товара).
Заявка, в которой указывается потребность заявителя в других товарах взамен на свои товары, поступает в электронную систему расчетов. Система обрабатывает информацию и выдает цепочки возможных обменов.
В классификаторе товаров и услуг (изложены на 2131 страницах) предлагается обменивать любые товары, от виолончелей до товарных вагонов, и любые услуги, от организации занятий в оздоровительных группах детских садиков до организации похорон и услуг по озеленению кладбищ.
Чтобы обменные цепочки не были очень длинными, компьютер обрезает их после пятого звена и рассылает участникам со всеми необходимыми контактами. Сделки осуществляются без посредников. Чтобы цепочка замкнулась, последнее звено получает за свой товар деньги.
Эксперты считают, что бизнес Стерлигова будет востребован в условиях кризиса, поскольку АРТЦ позволяет производить безденежный товарообмен, расшивать неплатежи. «Плохие долги есть не только у банков, но и у предприятий, контрагенты которых не выполняют свои долговые обязательства. Есть сложности с покрытием кассовых операций», — поясняет директор Центра макроэкономических исследований БДО Юникон Елена Матросова.
«Если бизнес Стерлигова будет наращивать обороты, это будет нехорошим сигналом для экономики: это будет говорить о возвращении прежних проблем, которые были в России в начале 90-х», — говорит эксперт.
Маловероятно, что бывшие партнеры по бизнесу смогут привлечь Стерлигова к уголовной ответственности по суду. Дело в том, что термин «финансовая пирамида» — не юридический.
«Уголовное дело возможно только в том случае, если будут установлены факты мошенничества по статье 159 УК», — говорит руководитель корпоративной практики ФБК (организация включена Минюстом в список иноагентов)-право Александр Ермоленко. Главный признак финансовой пирамиды – ее создатель собирает деньги, пользуется ими, но не исполняет свои обязательства. Если же предприниматель все исполняет добросовестно в рамках бизнес-проекта – то придраться будет не к чему.
Взыскание средств возможно еще и в том случае, если партнеры смогут доказать нарушение Стерлиговым обязательств по договору или если договор окажется ничтожным. «Например, по 168 статье ГК, которая признает недействительным договор, противоречащий российскому законодательству, и требует реституции, то есть каждая из сторон должна будет вернуть партнерам деньги (Стерлигов вернет партнерам вложенные деньги, а они ему – полученные блага)», — считает Андрей Зеленин, партнер юридической фирмы Lidings.
