|
Я училась в московской спецшколе с 1961 по 1971г. Качество образования у нас, конечно, было лучше, чем в сегодняшней школе, да и других школ того времени – тоже.
Идеологических перегибов не было, мы читали Шекспира и Голсуорси в подлиннике, переводили Байрона.
Получили широкий кругозор не только благодаря учителям и учебникам, но и благодаря тому, что у некоторых ребят родители ездили за границу и привозили, например, диски Beatles, у них дома были хорошие библиотеки. Отношения между ребятам были ровные, достаточно доброжелательные.
Это учителя позволяли себе унижать учеников, да и между собой вели бесконечные разборки.
У них очень актуальным был национальный вопрос (русско - еврейский). В этом отношении дети были гораздо, как сейчас говорят, толерантнее.
В ВУЗ поступали уже тогда с помощью репетиторов, в крайнем случае – через подготовительные курсы. Лично я поступила сама благодаря отличным знаниям по физике, полученным в школе. Вообще у нас все, кто сдавал экзамен по физике в какой-либо ВУЗ (даже двоечники), получали по - честному "отлично". А вот кто сдавал экзамены по русскому и английскому в МГИМО и пр. языковые ВУЗы после нашей-то спецшколы, часто проваливались из-за "специфики" приема в эти ВУЗы.
Однако, все было не так благостно, как я описала. У нас уже тогда было очень сильное расслоение.
Более обеспеченные дети дипломатов, артистов, архитекторов, директоров универмагов держались обособленно. Их называли "сливками общества". Они тусовались вместе, независимо от того, как учились, и от умственных способностей вообще. Они были без комплексов, хорошо одеты.
Остальные – дети инженеров, учителей, юристов, рабочих делились в большей степени по интересам. Кто - то добросовестно усваивал только школьную программу, у кого - то были более широкие интересы. Между собой эти две группы благополучно общались, но со "сливками" – практически нет.
Уже со школы я четко уяснила, что "не в свои сани не садись", знала, в какие ВУЗы поступать можно, а в какие - нет, за кого можно выходить замуж, а за кого - нет. Комплекс неполноценности остался на всю жизнь, хотя меня в классе уважали все за мои способности к математике и независимость в поведении.
Кстати, значительная часть нашей "элиты" была беспобудными двоечниками, поступили в нашу школу по "блату" и удерживались там благодаря взяткам.
Были некоторые счастливые исключения.Например, моя сестра дружила с Леной Штильмарк – дочкой известного писателя. Она давала нам читать Булгакова, Мандельштама, Солженицына, а иначе где бы мы их взяли.
После окончания школы мы общались только "своим кругом", а многие совсем пропали из поля зрения. Некоторые уехали за границу.
17 СЕНТЯБРЯ 2007 13:58
|
