Учебники в России все хуже и хуже

Варвара Петренко 21.09.2006, 18:40

Ассортимент школьных учебников в магазинах растет, но найти среди них добротные становится все труднее. На рынке учебных пособий царят монополизм и «силовые методы», а контроль за качеством практически сведен на нет.

Такое положение вещей не устраивает ни педагогов, ни издателей. По крайне мере, некоторых. Об этом было заявлено 20 сентября в Госдуме, где состоялся «круглый стол» на тему «Качество и доступность современных учебных пособий».

По мнению педагогов-практиков, большинство школьных учебников для детей скучны, тяжелы и неудобоваримы.

Как заявил декан МГОПУ им. Шолохова Вадим Монахов, за десять лет учебы ребенок в состоянии усвоить не более 10 тыс. новых понятий. А, к примеру, в одном только учебнике по географии вводятся 5,5 тыс. таких понятий. И при этом практически нет упражнений на закрепление пройденного материала. Пугает детей и объем параграфов, и отсутствие иллюстраций. А количество ошибок в современных учебниках уже стало притчей во языцех.

«Какая польза от такого чтива? — заявил господин Монахов. — Конечно, учебники могут быть разными, но для них необходим строгий государственный стандарт. Такой, как существует в европейских странах. Руководители нашего образования специально ездили в Великобританию, знакомились с ее великолепным стандартом, но дальше изучения опыта дело не пошло. И пока российские учителя вынуждены на ходу выправлять все недостатки наших учебников».

Кроме исправления чужих ошибок, возникает у учителей и масса других проблем.

«Ни один учебник сегодня не походит под действующие программы,

— заявила учитель истории московской школы №1825 Кира Инночкина. — И ни одна методичка не подходит под учебник. Мало того, что последние 15 лет мы только и делаем, что скачем с одной программы на другую, так еще и учебники не соответствуют программе ни по объему, ни по часам, ни по методическому аппарату».

По словам Вадима Монахова, весь мир решает аналогичные проблемы, прислушиваясь к мнению учителей. «Еще с 70-е годы ЮНЕСКО издало документ, которым пользуются везде, кроме России, — заявил господин Монахов. — Называется он «О правах учителя». Учитель имеет право на создание собственного учебного плана и на реальный выбор учебников, обеспеченный тем, что госзаказ издательствам выдается только после проведения референдума среди учителей. А у нас этого очень боятся. Ведь лоббировать учебники, получившие на референдуме низкую оценку, будет куда сложнее».

Тема «лоббирования» подействовала на участников «круглого стола», как красная тряпка на быка.

Директор издательства «Центр гуманитарного образования» Виктор Белявский рассказал о том, что в ряде регионов принимаются официальные документы, запрещающие использование тех или иных учебников. «Причем речь идет об учебниках из федерального списка, рекомендованного Министерством», — уточнил господин Белявский.

Не намного лучше обстоит дело и в Москве. По словам педагога Центра образования №1404 Андрея Курбатова, хотя формально школа и свободна в выборе учебников из федерального списка, сделать этот выбор она не может. «Свое мнение школам диктуют методические центры, от которых мы все зависим (они проводят олимпиады, аттестуют учителей). Но даже если кто-то и противится «силовым методам» распространения учебников, то попадает в экономическую ловушку: оказавшись в меньшинстве, такие школы не могут обеспечить заказ, выгодный издателю». При этом, как подчеркнул господин Курбатов,

перед родителями и детьми ответственность за качество обучения, а значит, и за качество учебных пособий несет только школа.

«Для более высокого уровня — муниципального, регионального и федерального — ответственность нигде не прописана, — заявил он. — И если я, как родитель, обращусь в суд с иском о том, что моему ребенку причинен вред в результате обучения по плохому учебнику, ответчиком будет выступать директор школы, а не департамент образования или министерство».

Усугубляет ситуацию и действующий на сегодняшний день порядок проведения экспертизы учебников.

«Последние годы министерство образования работает в замкнутом на себя пространстве — никакой обратной связи с теми, ради кого они существует, — заявил директор ассоциации издателей «Российский учебник» Борис Кузнецов. — Учитываются только интересы лиц, допущенных к принятию решений. После упразднения Федерального экспертного совета (ФЭС) осталась лишь ведомственная экспертиза учебников. Но при всем моем уважении к Академии наук, ее экспертиза не может определять потребности школьника. Зато появились такие критерии оценки, как, например, «соответствие современным научным представлениям». Но кто их видел, эти представления?».

По мнению господина Кузнецова, сейчас,

когда на рынке учебников работает более 150 издательств, а не одно «Просвещение», как раньше, нужна особенно строгая и абсолютно прозрачная экспертиза допускаемых в школу учебников.

Однако на деле получается все с точностью наоборот. «Как бы мы не ругали ФЭС, но в нем работали специалисты, — считает Виктор Белявский, — а сейчас все отдано двум академиям, выдающим совершенно дикие, обезличенные рецензии, на которые нет возможности даже апеллировать. Под приговором «не может быть рекомендован» стоит подпись не рецензента учебника, а зам. руководителя академии.

При этом цены за такие рецензии — заоблачные. Мы получили монополию, которая ни к чему хорошему не приведет».

Установив фактическую монополию на учебники, про методические и дидактические пособия министерство и вовсе забыло — их экспертизу проводят (если проводят) сами издательства.

А качество электронных учебных материалов, по словам главного редактора журнала «Информатика и образование» Аллы Кравцовой, не проверяет вообще никто.

«В старом министерстве была группа по экспертизе электронных образовательных ресурсов, качество которых, к сожалению, крайне низкое, — заявила госпожа Кравцова. — Сейчас такой группы нет. А ведь современные дети очень доверяют электронной информации, и этого нельзя не учитывать».

Не забыли на «круглом столе» и про пресловутый ЕГЭ.

По мнению директора школы №1974 Александра Добрикова, сейчас учебники «попадут между молотом и наковальней»: с одной стороны, они должны соответствовать государственному образовательному стандарту, с другой — готовить к сдаче ЕГЭ. И каким будет качество отвечающих этим требованиям «наштампованных в авральном порядке» учебников, можно не сомневаться.

На фоне нарисованной за «круглым столом» безрадостной картины диссонансом прозвучало выступление одного из его ведущих, профессора МГУ им. Ломоносова Александра Кобринского,

о зловещей роли поддерживающих некоторые российские издательства зарубежных фондов.

По словам господина Кобринского, в настоящий момент на рынке распространяются написанные на деньги таких фондов учебники, где сознательно искажаются события отечественной истории.

Однако большинство присутствующих не разделило обеспокоенности профессора: зачем зарубежным фондам тратиться на субсидирование «нехороших» учебников, если они и так уже хлынули на российский рынок благодаря усилиям изнутри.
Ассортимент школьных учебников в магазинах растет, но найти среди них добротные становится все труднее. На рынке учебных пособий царят монополизм и «силовые методы», а контроль за качеством учебников практически сведен на нет.