|
Уже сейчас видно, что движение отечественной науки будет происходить не к объявленной цели, а строго в противоположную сторону, то есть не к процветанию, а к дальнейшему развалу. Почему?
Мы публикуем письмо нашего читателя, ученого-физика из Сибирского отделения РАН, – надеемся, эта публикация послужит основанием для плодотворной дискуссии о положении, в котором оказалась современная российская наука – ред.
Что происходит?
Во-первых, делом омоложения науки занимаются далеко не молодые люди. Правительственная программа была решительно осуждена собранием академиков, после чего дело удушения РАН передано в руки руководства РАН.
Председателю поручено разработать предложения по её модернизации. Сам он занимает этот пост последний год в силу возрастного ценза. Вице-президент РАН – также. Выходит, у отечественной науки нет реально сильных защитников, а планы её развития составляют те, кто не собирается их реализовывать.
Во-вторых, несмотря на то что наука уже находится в плачевном состоянии, решено, что с 2006 г. экономический пресс на неё усилится, а источники ее доходов сократятся.
Принято решение, что всякое научное предприятие будет облагаться всеми теми же налогами, что и любое иное учреждение.
В-третьих, правила игры ужесточаются, у науки отнимаются те варианты ее спасения, которые до сих пор худо-бедно не давали ей окончательно развалиться. В частности, если академическое учреждение будет сдавать в аренду площади, то вырученные за это средства должны будут быть перечислены в бюджет страны. То есть наука не может зарабатывать теми способами, которыми позволительно зарабатывать обычному домовладельцу. Поэтому совершенно неверно, что наука уравнивается в правах с любой другой организацией – она становится абсолютно бесправной в сравнении с коммерческим предприятием. Научная организация не может заниматься коммерческой деятельностью – она не имеет права дать средства в рост, она не имеет права, как банк, брать плату за перечисления средств и так далее. Ни одна научная организация не имеет права зарабатывать средства никаким иным путем, кроме того, который определен в качестве научного направления этой организации.
В-четвертых, теперь будет запрещено даже совмещать те виды деятельности, которые разрешены для данного научного предприятия. То есть на сегодня НИИ имеет право осуществлять фундаментальные исследования в деятельности по своему профилю и одновременно решать прикладную задачу, чтобы заработать средства через инновационную деятельность. Теперь же это будет запрещено.
К чему приводит давление на науку через налоги на землю и на собственность?
В Новосибирском академгородке имеется Центральный сибирский ботанический сад (ЦСБС СО РАН). С 2006 года ему предстоит ежегодно платить более 10 млн руб. только за аренду земли. Добавьте к этому налог на собственность, и вам станет ясно, что решение о сокращении земли в 3 раза – вынужденная мера. Хотя замдиректора пытается обойти острые углы в своем интервью, видно, что иных решений у дирекции ЦСБС нет и не может быть. Ясно также, что эта мера не спасёт эту организацию, но окончательно погубит уникальный участок экспозиции. Он будет передан другому владельцу, который сможет реально платить такие налоги. Кому? Тому, что разрешит застройку этой территории элитными коттеджами. Заметим, что сам ЦСБС не имеет право распоряжаться этой землёй таким образом, чтобы часть земли (отобранную по критериям сохранения наиболее ценных земель и экспозиций) отдать тем же застройщикам, получить с них арендную плату (допустим, с учетом ценности этой земли) и направить эти средства для решения проблемы – хотя бы для того, чтобы сохранить остальную часть.
Организация или юридическое лицо, не имеющее отношения к науке, может это делать. Разве это справедливо? Что происходит в стране? И кому это выгодно?
В Сибири полным-полно неосвоенных земель. Это пустыри, луга, болота, степи, лесостепи малой ценности. Но чтобы строиться на них, надо подводить дороги, электричество и так далее. Надо окультуривать эти земли. А здесь ученые уже всё сделали – навезли чернозёма, прорыли реку, озеро, построили мостик, отсыпали дорожки. И теперь они должны это отдать любому, кто сможет это выгодно продать.
В Сибири, получается, невозможно сохранить небольшой участок земли, возделанный руками ученых. Пусть идёт под пилу редчайшая экспозиция деревьев, пусть перепашут грядки и куртины многолетних трав, в том числе редких и исчезающих видов. Это решение кровью отзывается в сердцах жителей академгородка, для которых ботанический сад – любимое место отдыха. На каком основании вершится приговор этой миниатюрной экосистеме? Заметим, что он вершится теми людьми, которые её не создавали, которые о ней понятия не имеют, – через реформу науки. Почему те, кто ее создали, должны платить за то, чтобы она продолжала существовать? Могу предположить, что подобная судьба ожидает и многие другие территории – заповедники, заказники, питомники, теплицы.
Введение земельного налога для научных учреждений совпало по времени с отменой этого налога для религиозных учреждений. Президент сказал: "Мы только возвращаем долг". Следовательно, религиозным учреждениям Россия задолжала, а отечественная наука задолжала правительству. Разве не отечественная наука создавала оборону, не она штурмовала космос, не она развивала медицину? Видимо, молитвы более способствовали прогрессу? Может быть, спасение ботсада состоит в том, чтобы передать его Церкви?
Таково давление на науку через земельные налоги и через налоги на собственность.
Продолжение статьи читайте здесь.
Об авторе:
Жмудь Вадим Аркадьевич. Институт лазерной физики СО РАН, заведующий лабораторией электронных лазерных систем. Доктор технических наук. Профессор кафедры "Лазерные системы" Новосибирского Государственного технического университета (НГТУ), доцент Новосибирского Государственного университета, физического факультета (НГУ)
18 АПРЕЛЯ 2005 17:08
|
