«Кризис прежде всего находится в наших головах»

Добрый день!

Вы знаете, вопрос, чувствуется ли напряжение перед кризисом, нас, российских девелоперов, преследует, наверное, последние года четыре. С кризиса 2008 года нам не перестают каждый год задавать вопрос: "Ну что, вы чувствуете напряжение перед кризисом-то следующим?" И каждый раз проходит год, и в общем-то все достаточно успешно реализуется. Могу сказать честно, что 2011 год был, наверное, одним из самых успешных посткризисных годов в истории российского девелопмента. Инвестиции вернулись практически на докризисный уровень, цены на недвижимость подрастают. И, в общем, достаточно такая позитивная была атмосфера, до буквально там месяца два назад, когда начались волнения в Европе касаемо курса евро, Греции и всех вещей. Это, конечно, вызвало нездоровые колебания на финансовых рынках. Как следствие, поднялись проценты по банковским проектным кредитам. И, скажем так, сейчас рынок (финансовый прежде всего, потому что 50% успеха девелопмента — это стоимость денег), сейчас стоимость денег чуть-чуть выросла, и в общем-то рынок находится в таком, я бы сказал, выжидательном состоянии. Все ждут осени, все ждут либо хороших, либо плохих новостей. Поэтому сейчас конкретно что-то сказать о том, что происходит на рынке российского девелопмента… Скажем, в ожидании. Это тот ответ, который можно сказать одной фразой. Ну а в принципе, и 2012 год, и 2011-й — это достаточно позитивные отрезки для всей индустрии в целом.

Спасибо, Гоша, за этот замечательный вопрос. На данный момент времени, впервые за всю историю существования компании "Галс-девелопмент", мы имеем сразу пять активных больших строек. И львиная часть из них действительно находится в Москве, хотя есть один очень большой, амбициозный проект в городе Сочи, который мы строим перед Олимпиадой и который должен войти в олимпийскую программу. Это курортный комплекс "Камелия", курортно-апартаментный комплекс, который включает в себя пятизвездочную гостиницу. Там будет находиться один из самых шикарных отелей в России и комплекс из 73 апартаментов. Уникальность этого проекта заключается в том, что это единственный проект в Сочи, который находится на территории старинного университетского парка. Там был в свое время санаторий "Наука", сталинский, и мы полностью воссоздаем ту сталинскую архитектуру, которая была в главном корпусе. Здание 1947 года, мы его полностью по старым чертежам возобновляем, по старым фотографиям. И слева и справа к нему пристраиваются крылья уже более современной архитектуры. И рядом находится апартаментный комплекс из 73 элитных апартаментов. И все это расположено в старинном ботаническом саду с собственным пляжем в два гектара. Аналогов такому комплексу в Сочи пока не было и, я уверен, не будет. Поэтому такой амбициозный проект, который мы развиваем, он очень успешно и динамично развивается, и я думаю, что в сентябре 2013 года мы Олимпийскому комитету главное здание гостиницы, как, собственно говоря, и должны, сдадим. Это что касается немосковских проектов. В Москве мы реализуем сразу несколько амбициозных больших проектов — и в коммерческом сегменте, и в жилой недвижимости. Ну, прежде всего, не так давно мы объявили о планах по реализации проекта "Элитный квартал "Литератор" в Хамовниках. Это бывшее здание Хамовнического пивоваренного завода. Сейчас там идут подготовительные работы, начались работы по рытью котлована. И, в общем-то, в течение двух с половиной лет этот квартал (около 300 квартир) мы сделаем и передадим. Также мы строим три большие башни в «Москва-Сити» — это проект, который мы реализуем на 11-м участке «Москва-Сити». Там будет 230 тысяч метров офисно-апартаментного торгового комплекса вместе с гостиницей. И тоже до конца 2014-го мы должны этот проект реализовать. Стройка идет полным ходом. Думаю, что до конца года мы уже выйдем из уровня "ноля", то есть выйдем из земли. В июле месяце мы сдадим (впервые за много лет) первый готовый окончательно объект компании "Галс" — это 110 тысяч метров, большой офисный бизнес-центр "Скайлайт" на Ленинградке. В прошлом мы году мы сдали одну башню лидеру нашей интернет-индустрии — компании Mail.ru. По второй башне идут активные переговоры, и я думаю, что до конца года мы также найдем арендатора на вторую башню, и в июле должна быть госкомиссия, которая примет это здание и введет его в эксплуатацию. Мы также в июле сдадим большой жилой комплекс на 320 квартир, который у нас есть по инвестиционной кунцевской программе. Это жилой квартал "Солнце", бизнес-класса квартал. И тоже очень успешно там прошла реализация квартир: до конца реализации проекта у нас осталось всего порядка пяти процентов квартир непроданных, то есть это очень большой успех. То есть в этом году мы активно реализовываем и строим пять проектов. В следующем году введем еще три новых проекта. Все три будут в сегменте жилья.

Вы знаете, я, как человек, который работает уже больше двадцати лет на российском рынке всевозможных индустрий, могу сказать, что кризис прежде всего находится в наших головах. И в 1998-м, и в 2003-м, и в 2008-м — все эти кризисы прежде всего были нагнетены той эмоциональной атмосферой, которая царила в обществе. И, если мы все верим в то, что будет кризис, он обязательно, конечно, будет. Если мы постараемся не думать об этом и делать все, чтобы жизнь продолжалась, как она продолжалась до сих пор, то, наверное, либо кризис будет минимальным, либо его последствия будут не столь плачевны. Могу сказать, что (как и любой руководитель компании, конечно) мы имеем резервные планы — и план B, и план C, и всевозможные меры принимаем. Я не вижу на текущий момент прямой угрозы финансовой стабильности компании. Все наши проекты развиваются активно, активно продаются, создаются. И, видимо, мы вот прямо сейчас не видим каких-то катастрофических реалий, которые надвигаются в ближайшие месяцы. Ну, конечно, резервные планы у нас существуют. Так, например, кредитный портфель, который у "Галса" существовал в валютной компоненте (у нас был достаточно большой портфель, который номинировался в долларах), мы в этом году перевели в начале года в рубли и таким образом захеджировали свои валютные риски. Хотя, в принципе, с точки зрения глобального макроэкономического понимания основная проблема девелопмента заключается в другом. Она заключается не в валюте платежа, а в том, что это очень капиталоемкий бизнес: вы вкладываете туда, любой девелоперский проект реализуется минимум от четырех до пяти лет — все это время вы платите проценты по кредиту, все это время вы замораживаете свои деньги, а соответственно эффект финансовый вы получаете на выходе проекта. Особенно это касается, конечно, коммерческой недвижимости, которая также является большим процентом в нашем портфеле. И это главный глобальный риск, что у вас деньги очень надолго заморожены, а прогнозировать на такой длинный горизонт очень сложно и проблематично. Все, что от нас зависело по хеджированию валютных рисков, мы сделали. Все остальные риски скорее зависят больше не от нас, а от экономических показателей — от цены на нефть, на газ и прочих вводных, которые одинаковы для российской экономики, наверное, для всех индустрий.

Вы знаете, это очень правильный вопрос. Я вообще считаю, что любой кризис — он прежде всего производит санирующий эффект. В 2008 году, например, 75% всех российских девелоперских компаний, особенно среднего и мелкого эшелона, и также крупные гранды, игроки, они обанкротились. И собственность, и активы этих компаний перешли, как правило, владельцам, держателям кредитов, то есть банкам. Да, после 2008 года количество девелоперов и в Москве, и в России снизилось на несколько порядков. Сейчас, если говорить о больших компаниях, то это около десяти крупных компаний, которые представляют, наверное, процентов 90 всего объема девелопмента в Москве. Я считаю, что это хорошо, потому что, как правило (очень хорошо читатель задала вопрос!), в кризис действительно самые профессиональные компании выживают. Самые непрофессиональные компании переходят в руки других собственников и меняют свои стратегии, и так далее. Я думаю, что самая большая проблема, которой болел российский девелопмент до 2008 года, — это проблема гигантомании. Это проблема неправомерного и нецелесообразного раздутия портфелей. Это десятки и сотни проектов очень амбициозных, очень громадных, каждый из которых требовал миллиардов долларов финансирования, из которых реально реализовывались один-два, а все остальные портфели находились в такой инвестиционной фазе, куда надо было постоянно вкладывать деньги, но выхлоп из которых был бы гораздо-гораздо позже. Поэтому я считаю, что если мы как девелоперы ("Галс", бесспорно, одна из самых крупных девелоперских компаний на рынке) не будем повторять ошибок гигантомании и необоснованного раздутия портфеля, то все будет хорошо и с индустрией, и с нашей компанией в частности.

Несмотря на то что я родом из Казани, я уже 22 года живу в Москве, и территориальный вопрос рынка не совсем привязан к месту моего рождения. На самом деле могу сказать, что Татарстан — очень перспективная территория для развития недвижимости в принципе. И не только город Казань, но и вся республика: там очень грамотная градостроительная политика и очень грамотное управление и республикой, и городом. С точки зрения, наверное, транспортно-жилищной городской инфраструктуры, Казань по праву входит в тройку ведущих городов (после Москвы и Петербурга). И действительно город преобразился за последние десять лет. Я думаю, что у Казани большой потенциал и для роста цен, и для инвестиционной привлекательности. Но тем не менее не будем забывать, что 90% денег сконцентрированы у нас в столице. И те планы, которые новый мэр объявил по развитию "большой Москвы", в том числе будут очень сильно подстегивать развитие Подмосковья как такового. Я так понимаю, что, если читатель спрашивает про частного инвестора, наверное, речь идет о жилье, как правило. Подмосковье и Москва еще долго будут оставаться лидерами инвестиционной привлекательности в России по этому сегменту.

Вопрос, наверное, скорее политический, нежели экономический. Я могу сказать, что это миф, что девелоперы в России и строители зарабатывают какие-то бешеные деньги. На самом деле, если вы пересчитаете стоимость кредитов, которая у нас в среднем в три раза выше, чем в Европе и в мире, если возьмете срок реализации проекта, если возьмете продажную цену и посмотрите, то рентабельность оказывается очень сильно сравнима с другими индустриями, в том числе с тем же самым производством. Я думаю, жилье в России будет однозначно дешеветь: власть — и новый президент, и новый премьер-министр — активно работают над снижением издержек. Только вопрос о том, когда это произойдет, наверное, все-таки больше не ко мне. Основная проблема в строительстве и в девелопменте — это количество бюрократических препон, количество согласований, количество времени, которое на все это тратится. А время, как вы понимаете, — это деньги, это проценты по кредитам, это дополнительные издержки. Когда государство окончательно поборет эту проблему? Я думаю, что это произойдет. Вопрос когда. Надежда есть.

У нас таких планов абсолютно точно нет. Мы считаем, что и в России есть куда вкладывать. Есть очень много интересных регионов, российских городов. Поэтому мы не планируем ни Африку, ни Азию развивать точно. Наша территория развития — это Российская Федерация. И на этом мы концентрируемся.

Ну такой, скажем, черно-белый вопрос. По тем проектам, по которым у нас есть разрешительная документация в центре, по тем и строим. Глобально, насколько я знаю, — да, действительно, Сергей Семенович — противник застройки центра Москвы. И это правильно, это нормально: центр не резиновый. Но при этом, если есть объекты, на которые есть уже разрешительная документация, конечно, они будут строиться.

Очень правильный вопрос. Вы знаете, я в индустрии девелопмента и строительства уже шесть лет, и все это время я пытаюсь понять, почему в России, в отличие от Америки и Европы, не существует компаний, которые сдают жилье в организованном, цивилизованном и массовом порядке. Вот, если вы приезжаете в Америку, есть куча агентств, компаний, которые владеют комплексами домов и сдают их в аренду. Такой же бизнес есть в Европе. В России этот бизнес делается абсолютно «на коленке». Есть, как вы знаете, очень большой сегмент частных владельцев квартир, которые сдают их внаем и получают какую-то доходность. При этом надо сказать, что если вы покупаете квартиру под сдачу в аренду, то окупаемость этой квартиры больше двадцати лет. То есть это не самый доходный бизнес, мягко говоря. А если туда еще добавите все налоги, проценты по кредитам и так далее, то для нечастных владельцев в принципе этот бизнес становится совсем неинтересным. Это и есть ответ на вопрос, почему в России до сих пор ни один оператор не сделал вот этот цивилизованный бизнес по сдаче в аренду жилья. Хотя рано или поздно, при совершенствовании законодательства, при учете того, что этот бизнес когда-то, наверное, должен начинать развиваться, я думаю, что перспективы у него есть. Надежда есть.

Как простой москвич простому москвичу отвечаю. Мы однозначно считаем, что наш портфель слишком перегружен элитным и бизнес-жильем. Мы однозначно смотрим на новые площадки экономкласса. Но я бы не сказал, что это экономкласс, потому что, благодаря технологиям, последние пять лет это уже больше переходит в некий комфорт-класс, когда уже не на всем экономят, а делают красиво общие зоны, красиво лифты. Ну, в общем, даже в панельных домах жизнь становится уже более или менее приемлемой и комфортной. Поэтому мы однозначно смотрим на покупку двух-трех проектов площадью каждый по 200—300 тысяч метров. Это однозначно и в пределах МКАДа, и на территориях "большой Москвы". И, в общем-то, надеюсь, до конца года мы что-то такое купим, что может нам позволить развивать этот сегмент и предлагать москвичам более дешевое, более доступное жилье. Мы об этом думаем.

Правда.

Я благодарен за такие правильные вопросы. Действительно, мы, на мой взгляд, пока еще недостаточно активно и недостаточно полно отрабатываем тему взаимодействия с потенциальными инвесторами. Мы могли бы предоставлять больше информации. К сожалению, в предыдущий год у нас были немного другие приоритеты. Сейчас, когда работа компании над проектами уже более или менее ритмично налажена, мы можем заняться и активной работой с потенциальными инвесторами и держателями акций. Соответственно, думаю, это правильное замечание — мы обязательно им займемся в ближайшее время вместе.

Скажу честно: он откроется, как мы и обещаем, до конца 2014 года. Как вы знаете, это непростой проект. Мы выслушали большое количество общественных мнений с разных сторон. Совсем недавно была представлена новая архитектурная концепция, которую для нас сделал новый приглашенный на проект архитектор — Павел Андреев. Эта концепция нашла однозначную поддержку со стороны экспертов, которые занимаются памятниками архитектуры. И мы уверены, что тот проект, который сейчас на базе этой концепции делается и который будет сдан в экспертизу в сентябре-октябре этого года, — он также будет принят и получит поддержку. То есть мы считаем, что уже ничто не может повлиять на ход этого проекта и на скорость его реализации.

Вы знаете, если проанализировать весь поток информации, который был на тему «Детского мира» за прошедшие полгода, а именно, условно говоря, с октября прошлого года, когда начался так называемый скандал (я бы больше сказал «обсуждение») вокруг «Детского мира», каким быть «Детскому миру», — если проанализировать поток информации, то наш имидж только выиграл. Потому что больше 80% всех комментариев, статей, видеосюжетов были скорее позитивными. И это прежде всего потому, что восемь лет проект в центре города стоит. Последние четыре года он закрыт, мы его не видим. Кроме общественного движения «Архнадзор» (которое опять же выражает свою честную точку зрения, но это одна из точек зрения: есть много других, альтернативных точек зрения), в принципе, остальная общественность поддерживает сам проект того, чтобы «Детский мир» возобновил свою работу в центре города. Поэтому каким он будет — это другой вопрос, это вопрос общественного консенсуса. И та концепция, которую мы презентовали недавно, вызвала то, что мы видели, — это публиковалось во всех средствах массовой информации. И мы считаем, что «Детский мир» показал, что "Галс" — конструктивная компания, которая обсуждает и не утаивает, "Галс" — это компания, которая прозрачно показывает и пускает журналистов в самые... ну, как правило, девелоперы не пускают журналистов на свои объекты. То есть мы, наверное, одно из немногих исключений. Кроме того, мы готовы договариваться, мы готовы идти на компромисс. То есть первоначальный проект, который был представлен в ноябре, он переработан процентов на 90. Условно говоря, мы готовы идти навстречу. Да, конечно не во всем. Да, у нас есть позиция по многим вопросам, по которым мы считаем, что мы правы. Но по каким-то принципиально спорным вопросам мы пошли навстречу общественности. Как, например, мы сохранили форму атриума, потеряв на этом несколько тысяч метров арендопригодной площади. Да, мы воссоздаем в реставрационном режиме весь нижний ярус — два этажа душкинского зала, со всей лепниной, зайчиками, белочками и так далее. И мы считаем, что обсуждение вопроса «Детского мира» дало больше позитива для "Галса". И общественность, и журналисты увидели, что мы прозрачная компания, которая понятна обществу и не делает ничего такого, что бы нельзя было обсудить и что бы нельзя было прокомментировать.

Спасибо Екатерине за этот вопрос. Я могу сказать, что наша позиция прямо противоположная. Мы считаем, что да, конечно, в Европе и в Америке очень много модных, красивых и замечательных архитекторов, которые делают очень красивые объекты. Однозначно нельзя полностью копировать то, что делается во всех остальных странах, нужно использовать свою специфику. У нас масса талантливых молодых и уже именитых архитекторов. Тот же Павел Андреев, например, тот же самый Плоткин, тот же самый Гинзбург, тот же самый Скуратов, то же самое бюро Киселева… Огромное количество российских архитекторов за последние 20 лет выросло до международного уровня. Мы считаем, что наша обязанность, как российского девелопера, работать с российскими архитекторами. На каких-то объектах, к сожалению (ввиду того что, как правило, это касается гостиниц, где есть иностранные операторы гостиничных сетей), мы вынуждены работать с западными архитекторами — для адаптации. Но глобально на большинстве наших объектов работают российские мастерские и российские архитекторы. Мы считаем, что это абсолютно правильно.

Я посоветую брать ипотеку в рублях, однозначно. А что в сентябре-то будет, что произойдет в сентябре?

Цены на жилую недвижимость в Москве растут. И, несмотря на ожидание кризиса, они и в июне растут. Поэтому я думаю, что чем позже Петр возьмет ипотеку, наверное, тем дороже он это сделает.

На это никогда нет однозначного ответа. Если у вас есть выгодное предложение и вы считаете, что оно ниже рынка, нужно покупать. Если вы считаете, что у вас есть хороший покупатель, который купит дороже рынка, продавайте.

Я бы не сказал, что в Москве сейчас стало строить непросто. Просто после кризиса 2008 года, когда сотни компаний разорились, а их собственность перешла к другим акционерам, произошла консолидация отрасли. Если раньше в Москве, в принципе, строили все кому... то есть можно было, грубо говоря, приехать из региона с несколькими миллионами долларов, вложить эти деньги в проект и строить в Москве что хотите, то сейчас правила игры стали гораздо жестче, понятнее, и принимать эти правила могут, к сожалению, наверное, или к счастью, только большие компании, финансово состоятельные. Соответственно я считаю, что это пошло рынку на пользу: и правила игры, и правила девелопмента стали более понятными и прогнозируемыми. То есть они уже не зависят ни от какой субъективной конъюнктуры. И вообще, Сергей Семенович — большой молодец: он навел очень большой порядок в городе — во многих вопросах, не только в градостроительном, но и во многих вопросах.

Наша компания действительно торгуется на Лондонской и Московских биржах. Соответственно, для того чтобы западные инвесторы ее узнавали, есть две транскрипции написания ее названия — и английскими, и русскими буквами. По-русски она тоже очень понятно пишется — "Галс-девелопмент". Если говорить о наших проектах, то большая часть из них называется по-русски. Курортный комплекс "Камелия" — найдите мне здесь хоть одну иностранную букву. Или, например, элитный квартал "Литератор", или жилой квартал "Солнце", или торгово-развлекательный комплекс "Лето" в Санкт-Петербурге, которым мы владеем. В Казани у нас есть торговый центр "Бульвар на Петербургской". Да, есть бизнес-центр SkyLight, потому что это две 27-этажные башни, которые стремятся в небо, — мы решили назвать SkyLight. Ничего зазорного в этом особо не вижу.

Спасибо, Маша, за этот вопрос. Хотя достаточно странно: из вашего вопроса следует, что девелопер, строитель, в принципе не может быть ни интеллектуалом, ни интеллигентом. Да, действительно, я окончил журфак МГУ, но не работал по специальности после второго курса. И каким-то образом я попал в бизнес, в западную компанию — в 1992 году, Coca-Cola, Kraft и «Макдоналдс» соответственно. И вот с тех пор началась моя бизнес-карьера. В девелопмент я попал недавно, шесть лет назад. До этого работал 15 лет во всевозможных крупных холдингах, которые занимались продуктами питания, производством, маркетингом, продажами, логистикой и так далее. Мне очень нравится индустрия строительства. Она, прежде всего, характерна тем, что здесь вы видите результат своей работы, и этот результат сохраняется на десятилетия. Если проект красивый, удачный и успешный, то не стыдно своим детям, а может быть, даже внукам показать какой-то красивый дом, какой-то красивый объект и сказать, что вот это построил ты. Собственно, именно поэтому мне эта индустрия нравится. Я не стесняюсь здесь работать. В ней работает очень много умных, добрых и нормальных людей. Не только "акулы капитализма". Люди, которые заботятся о городах, о своей стране. Которые пытаются сделать так, чтобы было красиво, удобно, комфортно и так далее. Поэтому Машино мнение о том, что девелопер не может быть интеллигентом и интеллектуалом, не разделяю категорически. Извините, Маша.

Правильный вопрос у Алексея. Единственное я хотел бы уточнить, что с кризиса 2008 года, когда акции всех девелоперских российских компаний, которые котируются на биржах, упали в несколько раз, даже многие в десятки раз, в общем-то восстановления как такового ни у кого особо не произошло. Это связано со спецификой индустрии: действительно, западные инвесторы, которые в свое время очень активно покупали эти бумаги, в рынок недвижимости как таковой в России не сильно пока верят. И более того, их собственные проблемы дома — и в Европе, и в Америке — они постоянно их заставляют вынимать деньги из рискованных секторов экономик развивающихся стран (а недвижимость — это рисковый сектор). Поэтому они прежде всего вынимают из рискованных секторов деньги и перелокируют их в более, как им кажется, защищенные сектора — как правило, у себя дома. Вот эти проблемы с евро, которые в последнее время были (в мае опять, к сожалению), не дали вырасти акциям ни одной российской компании, которая занимается девелопментом и которая котируется на бирже. Но я считаю, что Алексей прав. Мы уже неоднократно говорили, что активно ищем новые проекты, кроме тех одиннадцати проектов на миллион квадратных метров, которые мы реализовываем. Мы планируем приобрести две-три площадки для жилья экономкласса в Москве и Подмосковье. Мы планируем купить одну-две площадки под офисное строительство. И вот это те планы, которые мы можем рассказать, на ближайшие год-два.

Примерно полгода назад мы уже говорили о том, что договорились с городом о пролонгации этого инвестконтракта. Первый большой комплекс (это жилой квартал "Солнце") мы сдаем в эксплуатацию в июле и уже до конца сентября передаем жителям ключи и квартиры. Как я уже говорил, там практически все продано, в этом комплексе. То есть этот комплекс очень успешный, и мы заинтересованы в реализации инвестпрограммы в Кунцево. Так же как и город. Потому что там есть веерное расселение пятиэтажек. Несколько десятков пятиэтажек, которые мы должны переселить и, собственно говоря, выполнить городскую муниципальную программу переселения. Поэтому здесь и город, и мы как девелоперы очень заинтересованы в пролонгации этой инвестпрограммы. Я думаю, что более конкретно, в какие сроки какие участки мы будем застраивать по этой инвестпрограмме, мы уже объявим где-то не позднее конца сентября, когда будет понятна очередность ввода и проектирования новых домов. Но она однозначно будет реализовываться, и московские власти нам подтвердили ее пролонгацию.

НИИДАР — этот проект, который мы выведем на рынок и начнем стройку в следующем году. Сейчас по нему идет активная работа. Там будет порядка ста тысяч метров продаваемой жилой площади бизнес-класса. Общий метраж застройки порядка 180 тысяч метров. Это будет целый большой жилой микрорайон.

Большинство проектов МГТС мы заморозили и отложили. Над некоторыми из них мы пока думаем. Думаю, что однозначные планы развития программы МГТС, если она будет развиваться в принципе, будут озвучены только до конца года. Раньше мы не сможем дать информацию на эту тему.

Это вопрос, который относится напрямую к понятию "коммерческая тайна". Поэтому на него не может быть ответа.

Мы планируем это сделать. Проект "Пекин" сейчас действительно входит в активную инвестиционную фазу. И не позднее первого или второго квартала следующего года мы планируем там начать стройку апартаментного комплекса. А сама реконструкция гостиницы "Пекин" начнется в первом квартале 2014 года. Думаю, что у нас будет еще достаточно времени для того, чтобы провести эти слушания.

Нет, планы не изменились. Гостиница "Пекин" функционирует и будет функционировать до последнего дня 2013 года. То есть она еще будет полтора года работать. После этого она будет закрыта, но не на реконструкцию, а на реставрацию. Там будет реставрация с приспособлением: это памятник архитектуры. Мы уже объявляли о том, что там будет находиться фешенебельный отель "Фэрмонт Пекин — Москва" американской сети Fairmont, которая специализируется на гостиницах люксового класса, которые расположены в исторических зданиях-памятниках. И по всему миру Fairmont строит такие гостиницы. Поэтому в начале 2014 года закрываем "Пекин" на реставрацию с приспособлением, чтобы через три года ее открыть уже в качестве работающего отеля "Фэрмонт Пекин". То есть наши планы не изменились. По срокам тоже ничего не поменялось. И могу сказать, что это будет один из самых знаковых для нас проектов — наряду с "Детским миром". Потому что это одно из самых известных зданий в Москве. И оно будет очень аккуратно реставрировано.

Я не вижу никакой проблемы жить в доме, который я построил. Потому что мы отвечаем за качество строительства и за качество проектирования. По поводу "Сити". В любых больших мегаполисах мира есть небоскребы. Вот они есть и у нас. Кому-то это нравится, кому-то не нравится. С точки зрения конструктива проектировали все это очень опытные компании, которые занимались высотным строительством во всем мире — и в Нью-Йорке, и в Китае, где угодно. Поэтому от географии расположения этих небоскребов суть их конструкции не меняется. Но, опять же по субъективной оценке каждого жителя Москвы, кому-то нравится низкоэтажное строительство, кому-то нравятся небоскребы... Могу уверить, что все максимально безопасно и все максимально соответствует тем нормам и СНИПам, которые приняты в России.

Участок в Нижнем Новгороде пока заморожен. И мы пока не приняли окончательного решения, что с ним делать. То ли развивать, то ли продавать. Это один из тех вопросов, на которые мы сможем ответить только в конце этого года. Потому что это не приоритет первого порядка. Наш первый приоритет — это реализация тех 11 проектов и покупка новых, о которых я уже говорил.

Я не могу это прокомментировать. Мы откатов никому не даем. Поэтому, если читатель задает такой вопрос, видимо, он больше нас ориентируется в этих вопросах. У нас все платежи идут, что называется, в лоб — по тем документам, по которым компании, предоставляющие эти услуги, их продают.

Спасибо большое.