Денис Драгунский о мужестве
честно вглядеться в лица
своих предков
`

Крым как Западный Берлин

Иван Шемякин об устаревшей практике зеркальных ответов

Иван Шемякин 19.03.2016, 17:06
tvc.ru

Нынешний очередной кризис в российско-украинских отношениях очевидным образом приближает нас к введению визового режима. Об этом открыто говорят руководители Украины. Легко предположить, что Россия вновь ответит зеркально. И это будет ошибкой.

Была известная «традиция» в советские времена — противоправные действия против наших граждан за рубежом, особенно дипломатов, вызывали зеркальный ответ. В Нью-Йорке неизвестные избили нашего гражданина — получайте «пьяных хулиганов», которые побили американца в Москве. Разбили стекло в машине советского дипломата — по случайному совпадению на следующий день аналогичная история происходит с машиной у американского посольства. Особым шиком, если верить слухам, считалось проколоть в ответ ту же шину, что и они нам: если они левую заднюю, то и мы…

В современной России данная традиция в целом сохранена. Из последних примеров — демонстрации возле украинского посольства в Москве в ответ на попытки погромов наших дипмиссий на Украине. Но и в более серьезных случаях мы действуем зеркально: на санкции отвечаем санкциями, на запреты — запретами. Предсказуемо. Но эффективно ли?

Среди части украинской интеллектуальной элиты распространено мнение, что неприязнь российского политического руководства к постмайданной украинской власти вызвано опасением превращения Украины в успешную ФРГ, подчеркивающую неудачливость России-ГДР. Дескать, возникновение на схожей культурной почве процветающего европейского государства с динамичной рыночной экономикой силой наглядно покажет, что Россия зашла в тупик, и подорвет российский политический режим, поэтому последний всячески пытается не допустить «европейского успеха» Украины.

Традиционный российский ответ на эти рассуждения сводится к насмешкам и констатации некоторых различий между Украиной и ФРГ. Но давайте задумаемся: а зачем мы отдаем кому-то монополию на «европейскость»? Почему «ФРГ» — они, а не мы? Целым рядом своих действий Украина увеличивает наши шансы «стать ФРГ», и не стоит упускать их. Чтобы не упустить, нужен не зеркальный, а асимметричный «ответ Чемберлену».

Как известно, ФРГ сразу давало гражданство всем восточным немцам, сбегавшим из ГДР. Так же или почти так же мы должны действовать в отношении жителей Украины. Наилучшим ответом на усиление антироссийской риторики и провокационных действий стала бы программа радикального упрощения для жителей Украины не только переселения в Россию, но и получения российского гражданства.

Если (скорее, когда) Украина введет визы для россиян, надо будет сдержаться, преодолеть естественную эмоциональную реакцию на этот шаг и не отвечать зеркально. Лучше ответить асимметрично, как ответила бы ФРГ, — приветственными 100 марками, которые выплачивали каждому (!) попадавшему в ФРГ восточному немцу. А всего лучше ничего не ждать и ввести программу упрощенного предоставления гражданства немедленно.

На Украине идет трансформация экономики, вызванная переориентацией на рынки Евросоюза: доля сельского хозяйства и пищевой промышленности растет, тогда как ориентированное на Россию машиностроение и энергоемкие химический и металлургический комплексы сжимаются. Оценочная безработица на Украине в трансформационный период составит порядка 10–12%, или около 2 млн человек трудоспособного возраста.

Они все равно уедут с Украины, во всяком случае на время; так зачем их отдавать Европе?

Это же ресурс нашего развития, культурно близкие нам люди — промышленность, напомню, в основном расположена на русскоязычных востоке и юге Украины. Данное решение снизит остроту наших демографических проблем, поможет пройти яму, вызванную катастрофически низкой рождаемостью 1990-х годов и малочисленностью поколений, входящих сейчас в трудоспособный возраст.

Единственное, что должно ограничивать предоставление гражданства жителю Украины, — это необходимость проверки кандидата на (не)принадлежность к экстремистам. Да, данное предложение означает повышенную нагрузку на наши правоохранительные органы. Но выигрыш — и непосредственный экономический, измеряемый привлечением трудовых ресурсов в экономику, и опосредованный политический — очень велик.

Если верить в то, что наши противники хотят превратить Россию в угрюмую, замкнутую, застегнутую на все пуговицы и озлобленную на весь мир страну — короче, в аналог нынешней КНДР, то с нашей стороны было бы очень глупо повестись на это.

Социологические исследования показывают, что предлагаемая политика «мягкой силы» имеет серьезные шансы на успех. По данным украинского Института Горшенина, за истекший год отношение к России на Украине заметно улучшилось: доля позитивно относящихся к нашей стране выросла с 24,7 до 28,4% — и это несмотря на мощную антироссийскую пропаганду.

Число плохо относящихся снизилось с 66,9 до 62%. Почти 3% опрошенных вообще хотели бы переехать жить в Россию. В опросе, отметим, не участвовали жители ЛНР и ДНР; похожий опрос Киевского международного института социологии, не включавший ЛНР, но включавший ДНР, дал 36% хорошо относящихся к России. Можно обоснованно предположить, что опрос на всей территории Украины, включая Луганск, дал бы не менее 40%. Так что

современная Украина отнюдь не является территорией, населенной ненавидящими нас людьми, от которых имеет смысл отгораживаться стенами и визовыми барьерами.

Можно обоснованно рассчитывать и на позитивное восприятие данной программы в Евросоюзе. Существенная часть европейцев боится происходящего притока ближневосточных беженцев и не может не опасаться появления еще одной — украинской — иммиграционной волны, порождаемой реструктуризацией украинской экономики.

Российская программа как минимум уменьшит масштаб такой волны и, кстати, может приблизить принятие решения о предоставлении жителям Украины безвизового въезда в страны Евросоюза, раз уж нашим соседям так этого хочется.

Разделительные стены строит не сильный, а слабый. Точно так же слабый, а не сильный законодательно закрывается от чужих фильмов, книг, артистов, писателей. Так ГДР закрывалась от ФРГ. Так Украина сейчас закрывается от России. Но мы помним, что люди все равно бежали из ГДР в ФРГ. И мы помним, чем все это кончилось.

Украина запрещает фильмы с участием Валентина Гафта, Наталии Варлей, Жерара Депардье. Это ровно то, что делал СССР (и ГДР), прекращая показывать фильмы и издавать книги уехавших на Запад авторов. Это я к тому, что ни в коем случае нельзя «зеркально» запрещать в России «Вопли Видоплясова» или «Океан Эльзы». А ведь у нас есть такие, кто хотел бы запретить и Андрея Макаревича…

Очень хорошо, что у нас никому не приходит в голову в рамках «зеркального ответа» крушить памятники, имеющие отношение к украинской истории и культуре. Пусть Тарас Шевченко спокойно стоит себе возле горсовета в нашем российском Севастополе. В конце концов украинцы — третий по численности народ России.

Особую роль в решении вопроса, «кто из нас ФРГ», неизбежно сыграет наш потенциальный «Западный Берлин» — Крым. Как советская (и ГДРовская) пропаганда рисовала образ загнивающего Запада, так современная украинская пропаганда живописует Крым. Посетите украинские сайты, рассказывающие о жизни на полуострове (лучше всего это делать, находясь в Крыму, дабы можно было сравнить пропаганду с реальностью): сплошной поток негатива — про отключения света, перебои с водой, массовое недовольство, отсутствие туристов и т.д. и т.п.

Блокада и санкции ставят целью не дать нам наладить на полуострове нормальную, комфортную жизнь, выключить из современного мира, превратить в изолированный советский заповедник со старой инфраструктурой. Для недопущения этого необходимо развитие всех форм экспорта, и прежде всего экспорта услуг путем привлечения туристов из-за рубежа.

Экспорт товаров и услуг — это спортзал для экономики, гарант достижения и сохранения высокого качества и способности выдерживать конкурентную борьбу. Крымский (и российский в целом) бизнес должен быть заинтересован напрягаться, биться за, условно говоря, китайских, финских, белорусских и украинских туристов, не надеясь исключительно на гарантированный поток россиян. Поэтому

в туристическом комплексе Крыма нужно ввести скидки и специальные программы для привлечения иностранцев, обязательно включая украинцев.

В рамках отхода от принципа обязательной зеркальности в отношениях с внешним миром, возможно, стоит подумать над идеей полной отмены платы за российскую визу при покупке иностранным гражданином тура в Крым — в тех, естественно, случаях, когда такая виза требуется.

Сегодня те немногие иностранцы (кроме украинцев), которые едут в Крым, попадают туда в основном самолетом через Москву и Питер, поэтому технически невзимание платы за визу можно делать при предъявлении авиабилета до Симферополя. Такая мера могла бы стать первым шагом к радикальной односторонней либерализации выдачи въездных туристических виз в Россию вплоть до их отмены — например, для граждан европейских стран.

Сейчас хороший момент: происходит подъем въездного туризма, вызванный девальвацией, — за девять месяцев 2015 года он вырос на 13,4%.

Этот подъем можно превратить в бум, если действовать быстро и нестандартно.

Последние два года в экономическом и культурном смысле мы «под давлением превосходящих сил противника» отступали и из Украины, и из Европы в целом: сталкивались с санкциями и вводили контрсанкции, ограничивали (прежде всего из-за девальвации) интенсивность поездок, сворачивали культурный обмен и т.д. Может быть, настала пора перейти в наступление?