Масло из пальмы на хлебе из фуража

Почему российские бутерброды стали неправильными

«Газета.Ru» 25.02.2016, 19:36
Wikimedia Commons

Опасаясь недовольства граждан, государство запрещает повышать цены на продукты первой необходимости. Производителям, чтобы не прогореть, приходится жертвовать качеством. В итоге в недорогих молочных продуктах сегодня практически не осталось молока, а дешевый хлеб годится скорее для скота, чем для людей. Крайним в этой цепочке вновь оказался потребитель — причем в первую очередь тот, кому приходится экономить на еде.

Глава Российского зернового союза сообщил: сейчас в России разрабатывают новый ГОСТ, который позволит печь хлеб из муки пятого класса. На данный момент фуражную пшеницу, из которой делают муку такого низкого качества, разрешается использовать только на корм скоту или в технических целях. Но уже сегодня на практике ее все чаще добавляют в хлебобулочные изделия, которые мы покупаем в магазинах. Новый ГОСТ, судя по всему, сделает этот процесс легальным и еще более массовым.

Эксперты из зернового союза и союза пекарей утверждают, что катастрофически низкое качество хлеба на внутреннем рынке связано с тем, что чиновники — и федеральные, и региональные — жестко отслеживают цены на этот товар первой необходимости. При этом расходы на производство в кризис растут, и у хлебопеков остается фактически один выход: жертвовать качеством.

Очевидно, что любое ограничение или регулирование цен на товар ведет или к его исчезновению (как происходит сегодня с недорогими лекарствами из списка жизненно важных), или к ухудшению качества — как с продуктами. О тех же сырах и молоке из растительных жиров, о курятине, напичканной антибиотиками, и рыбе с гельминтами наслышаны уже все. Овощные ряды супермаркетов стали вновь неуловимо напоминать советские.

Теперь оказалось, что и хлеб у нас годится скорее для скота, чем для людей.

Вообще то, чем мы в большинстве своем питаемся, крайне скудно. Можно просто сравнить – у кого еще осталась такая возможность – с магазинами Европы и Америки: свежие ягоды и овощи по супернизким ценам, нормальное мясо, молоко, правда «долгоиграющее», но если поискать, можно найти отличные сливки. Не говоря уже о рядах интернациональных продуктов: рис, тонны индийских приправ, еда для иудеев и мусульман, корейские солености, французские вина и т.д. И странным образом какие-нибудь израильские помидоры выглядят в Америке почему-то свежее, чем на московских прилавках, хотя туда им ехать дальше. Очевидно, там не стоят фуры на границах неделями…

А теперь вот еще и хлеб, который, как нас учили, всему голова. Ах, как хвалят французскую выпечку те, кому посчастливилось бывать во Франции, особенно не только в туристических кварталах Парижа! Как мечтают, возвратившись, о настоящих круассанах и хрустящих корочках на белом хлебе!

Можно, конечно, как всегда, на это сказать, что зажрались они, что горя не знают. Напомнить, что в России и не такое видали, и это переживем. Мы, конечно, все переживем, только вот зачем мы тогда в принципе живем? Чтобы все время что-то переживать?

Причем хлеб из фуража делают в стране, которая, судя по оптимистичным докладам Минсельхоза, вышла в 2016 году на первое место по продаже зерна за границу. И туда небось не фуражное зерно идет...

С одной стороны, низкие цены на хлеб государство считает важным фактором социальной стабильности (хлебные бунты никому не нужны), но с другой — его, судя по всему, мало заботит качество этого продукта. Было бы чем живот набить — и ладно.

Ведь бунты недовольных потребителей — это скорее из истории сытых стран, чем голодных.

В итоге мы имеем самые низкие в мире цены на хлеб (дешевле он только в Египте, где его производство дотируется со стороны государства, у нас таких дотаций хлебопекам нет) и при этом качество продукта, которое «деградирует буквально на глазах», как заявили недавно в Россельхознадзоре.

В конце 80-х, во времена пустых прилавков, граждане размышляли лишь о том, чем бы заполнить холодильник. В сытые 2000-е начали задаваться вопросом, что же мы едим, как это отражается на нашем здоровье, качестве нашей жизни. Возник интерес к фермерским продуктам, стал развиваться малый бизнес по торговле натуральными, экологически чистыми продуктами, на российский рынок пришли товары известных западных производителей, избалованные изобилием граждане все чаще стали использовать закон о защите потребителей в судах.

Казалось, еще немного, и конкуренция лучшего с хорошим заставит уйти с рынка жуликов и фальсификаторов.

Программа импортозамещения, объявленная в ответ на западные санкции, и резкое обеднение населения в связи с кризисом экономики повернули этот процесс вспять.

Пытаясь быстро занять опустевшую нишу, мало заботясь о репутации (что будет в России завтра — мало кто понимает, так что урвать надо здесь и сейчас), традиционно не надеясь на поддержку государства и традиционно же откупаясь от проверяющих органов, российские производители кормят соотечественников пальмовым маслом, фуражным зерном и другими суррогатами.

Кстати, и государству управлять таким бизнесом с подмоченной репутацией проще — какими новыми поборами его ни облагай, производители включат свои издержки в конечный продукт. Или цену поднимут, или качество понизят. Ну, будет пальмового масла в молоке не 50, а 70 процентов, фуража в хлебе не 20, а 30. Главное — прилавки не пустые, и сойдет. Не до жиру.

Раз за разом крайним в этой пищевой цепочке оказывается потребитель, который, конечно, может попробовать побороться за свои права. Но если он так легко отказался от прав на свободу выбора, свободу собраний, свободу прессы и много чего еще, то почему вдруг он должен возмутиться тем, что кормят его зерном не для людей? Попереживает, может, немного, а потом, как всегда, добавит: переживем и это. Пережуем.