Бедность по любви

Ради чего россияне готовы попрощаться с прежним уровнем жизни

«Газета.Ru» 06.11.2014, 19:26
Картина Валентина Губарева Wikimedia Commons
Картина Валентина Губарева

Исторические рекорды падения рубля к доллару и евро, наблюдаемые каждый день, фиксируют цену, которую Россия платит за переход из одной реальности в другую. Новый социальный контракт власти с обществом, судя по всему, будет основываться на относительно добровольной бедности россиян в обмен на убежденность, что они живут в самой великой стране мира.

Ежедневный обвал рубля, кажется, уже не остановить. Центробанк ограничил валютные интервенции суммой $350 млн в день, а с 1 января 2015 года (по некоторым сведениям, это может произойти даже раньше, 11 декабря, на следующем совете директоров ЦБ) и вовсе готовится отпустить рубль в свободное плавание. Впрочем, уже сейчас российская валюта свободно катится вниз на фоне геополитических рисков, торможения экономики и мировой цены нефти, уверенно держащейся несколько недель ниже $85 за баррель.

Слабый рубль в краткосрочной перспективе выгоден власти. Он обеспечивает приток дополнительных доходов в бюджет за счет экспорта, отчасти компенсируя санкции и падение цен на нефть, а также позволяет выполнить майские социальные указы президента двухлетней давности, номинально повышая зарплаты бюджетникам. К тому же будут сэкономлены золотовалютные резервы, которых при тех уровнях поддержки рубля со стороны ЦБ, которые он демонстрировал в октябре, хватило бы максимум на год.

Однако при этом за счет инфляции (дорожает импорт) обесцениваются реальные доходы населения, в том числе тех же бюджетников.

Рубль теоретически может в обозримом будущем прекратить падение и даже немного укрепиться. Но при сохранении нынешних трендов во внутренней и внешней политике российское государство все равно вынуждено будет взять официальный курс на «новую бедность», чего никогда еще не было при действующем президенте.

До сих пор реальные доходы россиян только росли. Теперь будут падать.

Да, разумеется, эту новую экономическую реальность власти будут обосновывать «годиной испытаний», «происками врагов», «санкциями», важностью проявления «национального духа». Вероятно, скоро мы увидим по телевизору и в кино все новые проповеди о нестяжательстве и культе моральных ценностей после многолетнего торжества «бездуховной потребительской цивилизации».

В условиях нового социального контракта с нацией власти на фоне очевидной невозможности радикально улучшить ситуацию в экономике придется воспевать тяготы и лишения в обмен на величие России. Мнимое или подлинное — это уж как кому кажется.

Собственно, это и называется платой за Крым в широком смысле этого слова — не за сам полуостров, а за этот новый политический курс. Не случайно в социальных сетях стали появляться посты типа «пережили 90-е, переживем и это». И первыми по счетам уже платят и еще заплатят именно те, кто неплохо жил при прежнем социальном контракте «благополучие в обмен на невмешательство в политику». То есть тот самый средний класс, за счет которого сейчас пытаются залатать бесчисленные дыры в стране.

Не случайно вполне хорошо, в отличие от многих своих коллег, разбирающийся в экономике председатель бюджетного комитета Госдумы бывший адвокат Андрей Макаров уже внес в нижнюю палату проект поправок в Налоговый кодекс о введении единовременных сборов на разные виды бизнеса. Эти сборы планируется распространить не только на общественный транспорт, туристический бизнес, общественное питание и розничную торговлю (эти сферы дают более двух третей выручки малого бизнеса в стране), но также и на другие виды мелкого бизнеса вплоть до услуг платных туалетов.

Не облагать же дополнительными налогами российских олигархов, и так «пострадавших» от санкций.

Так что уже в скором времени страну ждет новая реальность, которую декан экономического факультета МГУ Александр Аузан в интервью «Газете.Ru» определил как «готовность к ограничениям в обмен на принадлежность к великой державе».

Однако, несмотря на вроде бы устойчивое провластное большинство, у этого курса могут возникнуть проблемы. Когда Путин приходил к власти и заключал предыдущий контракт с народом — это был, безусловно, договор о мире и тихой жизни.

У нации, уставшей от «великих потрясений», не было тяги к созданию «великой России». Народ хотел покоя, стабильности и порядка.

Сейчас обществу будут предлагать контракт новой национальной мобилизации, а по факту — причудливой смеси экономической реальности «лихих 90-х» и политической парадигмы расцвета советской империи.

Вопрос в том, ради чего эти ограничения и как скоро они закончатся.

В СССР строили социализм, воевали в понятной нации войне с фашизмом, гордились объективными достижениями — теми же бесплатным образованием, медициной, развитием космоса и многим другим. В России 2000-х тоже были свои достижения: право собственности, малый бизнес, серьезный рост числа обеспеченных людей, та же возможность свободного выезда за рубеж... Зачем, ради чего эти достижения сегодня одно за другим мы рискуем потерять? Какая решается задача? Реальной войны сейчас нет. Ведь вряд ли мы на самом деле собираемся превратить США в радиоактивный пепел. А Крым уже и так наш — в этом большинство не сомневается, правда, платить за это не желает.

Кажется, этот новый контракт нужен лишь для одного — чтобы элитам было хорошо. А дальше, в меру своего понимания, что такое «хорошо», элитой принимаются ситуативные решения по возникающим внешним и внутренним проблемам. Общество в целом от этого ничего не выигрывает, скорее наоборот.

Именно бесцельность предстоящих лишений — самое слабое звено нового социального контракта, который власть предлагает населению.