Попытки государственных людей приструнить независимые СМИ во времена интернета и соцсетей могут привести лишь к еще большему отчуждению общества и власти.

Решение «Газпром-медиа», основного акционера радиостанции «Эхо Москвы», поменять баланс сил в ее совете директоров в самом холдинге объясняют исключительно «внутрикорпоративными процедурами» и желанием уподобить структуру ЗАО «Эхо Москвы» другим своим дочерним предприятиям. То есть от намерений повлиять на редакционную политику радиостанции, много лет предоставляющей площадку оппозиции, там открещиваются. Но тогда возникает вопрос: зачем затевать всю эту операцию в экстренном порядке именно сейчас, собирая внеочередное собрание акционеров? Ведь вряд ли до лета, на которое было назначено плановое собрание, что-то могло бы случиться.

В холдинге дают довольно неожиданное объяснение: оказывается, там «учитывали повышенное внимание с разных сторон к радиостанции в последнее время» и поэтому «сочли целесообразным упорядочить применение корпоративных стандартов управления, не дожидаясь формальных сроков». При этом пресс-секретарь Путина Дмитрий Песков заявляет, что происходящее «не может быть связано с критикой Путина радиостанцией», а руководитель думской фракции «Единая Россия» Андрей Воробьев вообще не видит ничего общего между решением холдинга и контентом «Эха»: «Я более чем уверен, что это никак не может быть связано с творчеством «Эха Москвы».

Но что еще, кроме «творчества», кроме редакционной политики, могло привлечь к радиостанции «повышенное внимание с разных сторон», побудившее срочно укреплять кадровый состав ее совета директоров? Это ведь не банк и не нефтяная скважина, которые надо оберегать от вывода активов или рейдерства.

На этот вопрос, разумеется, нет ответа. И ничего удивительного, что перемены в управлении ЗАО «Эхо Москвы», несмотря на все отговорки, воспринимаются как политическое давление. Причем давление власти в какой-то из ее ипостасей, чисто ли политической или хозяйственной.

Так сложилось, что почти все значимые отечественные СМИ являются частью крупных бизнес-структур, а не собственно профильным бизнесом своих владельцев. А поскольку крупный бизнес плотно встроен в систему политической власти, то государству ничто не может помешать оказывать на средства массовой информации определяющее влияние, так или иначе зачищая их от инакомыслия.

Собственно, когда «Эхо Москвы» переходило под контроль «Газпрома», именно из-за такого положения дел и был специальным образом устроен состав его совета директоров и устав приобрел некоторую специфику в пользу коллектива, а не основного владельца. Это делалось в надежде как-то компенсировать то обстоятельство, что «Эхо» становилось частью концерна, по факту государственного. Похоже, что сейчас, в обстоятельствах политической нестабильности, такая специфика пугает — то ли людей в медийном холдинге «Газпрома», то ли даже выше. И они решают пугать в ответ. При этом в целом

усилия зачистить информационное поле в стране, как теперь выясняется, эффективны только в узкой логике пропаганды и контрпропаганды образца прошлого века.

Мало того что чем они успешнее, тем хуже обстоят дела с получением адекватной обратной связи у самих властей, но и пропаганда оказывается подвержена инфляции, а целевая аудитория разочаровывается. А с появлением и развитием интернета и в особенности социальных сетей у аудитории появляется и быстро расширяется альтернативный способ доступа к информации, причем в наихудших вариантах — еще и недостоверной.

Так что стратегически такая политика, в общем-то, обречена. А тактически она и вовсе выглядит опасной глупостью. Если предположить, что в развивающейся вокруг «Эха Москвы» истории главными являются не частные интриги, а инстинктивное реагирование системы на обострившуюся обстановку, деликатно называемую «повышенным вниманием с разных сторон», то это самое внимание сейчас — накануне и после выборов президента — от предпринимаемых «Газпром-медиа» действий только усилится. Теперь можно ожидать общественной кампании в защиту «Эха Москвы» и очередных упреков в адрес власти — в попытке ввести цензуру, воспользоваться своим могуществом для подавления свободы слова и так далее.

Внесение в политическую повестку вопроса о будущем радиостанции, аудитория которой, с одной стороны, вряд ли перейдет на сторону власти, а с другой — не настолько велика, чтобы решить исход выборов, могло бы быть оправдано только одним — расчетом на то, что сотрудники «Эха» перепугаются и побегут за инструкциями в Кремль. Но вероятность этого исчезающе мала.

Равно как сомнительно и то, что, усвоив урок, преподанный этой радиостанции, станут лояльнее к властям другие либеральные СМИ, находящиеся в похожих опосредованных, сложноподчиненных «хозяйственных» связях с властью.

Зато пропагандистский урон, который сами себе наносят принявшие решение о переформировании совета директоров «Эха Москвы» лица, очевиден и весьма велик.

	— 14.02.12 18:12 —
	Эхо отзовется Попытки государственных людей приструнить независимые СМИ во времена интернета и соцсетей могут привести лишь к еще большему отчуждению общества и власти. http://www.gazeta.ru/comments/2012/02/14_e_4000649.shtml

Перемены в управлении ЗАО «Эхо Москвы», несмотря на все отговорки, воспринимаются как политическое давление

Tweet

• ОТПРАВИТЬ:
• Livejournal
• Facebook
• В контакте
• Отправить по почте
• Добавить в избранное
• Распечатать

РАНЕЕ В РУБРИКЕ «ОТ РЕДАКЦИИ»

	Конец начала Существующую политическую систему массовые протесты не свалили, но спесь с ее капитанов сбили
	Беспокойное хозяйство Российское покровительство не стабилизировало ситуацию в бывших грузинских автономиях
	Бумажный меч правосудия Генпрокурор недоволен антикоррупционной статистикой