Цивилизация
Исследование, обнародованное компанией ФБК (организация включена Минюстом в список иноагентов), указывает на то, что нашу экономику в 2006 году можно охарактеризовать как спекулятивную. Это проявляется, в частности, в том, что ускоренными темпами развиваются сектора с высокой спекулятивной составляющей — торговля, финансовый рынок и др. Развитие ситуации в интервью «Газете.Ru-Комментарии» прогнозирует один из авторов исследования, руководитель департамента стратегического анализа компании ФБК Игорь Николаев.
— Игорь Алексеевич, как сказывается на экономическом росте характер инвестиций?
— Специфика нынешней ситуации в том, что финансовые инвестиции растут намного быстрее, чем инвестиции в основной капитал. Экономический же рост предопределяется, прежде всего, инвестициями в основной капитал, но он гасится безудержными инвестициями в финансовый сектор.
— Есть ли примеры такого рода спекулятивных экономик? Как они развивались? Если ли примеры того, что спекулятивная экономика постепенно становилась инвестиционной, или чаще развитие завершал кризис, связанный с изменением конъюнктуры?
— Пример спекулятивной экономики — послевоенная Федеративная Республика Германия. Фондового рынка практически еще не было, но спекулятивность проявлялась несколько в ином. Люди зарабатывали на перепродажах американских сигарет и т. п. товаров. Людвиг Эрхарх, автор послевоенного «германского чуда», в ряду своих реформ сделал простую вещь: доходы, получаемые работниками за работу в сверхурочное время, освобождались от подоходного налогообложения. Люди поняли, что можно зарабатывать не только на перепродажах.
Примеров спекулятивных экономик в последнее время можно найти предостаточно. Причем совсем не обязательно, что переход от спекулятивной экономики к инвестиционной сопровождается серьезными экономическими потрясениями.
Спекуляции без меры — они гасят темпы экономического роста, которые даже в такой ситуации могут оставаться вполне высокими.
Примеры — Саудовская Аравия год-два назад, Китай. То, что произошло совсем недавно на Шанхайской фондовой бирже, — пример охлаждения спекулятивных настроений. И это пойдет только на пользу китайской экономике.
— Возможно ли, что рост связан с тем, что компании недооценены и, достигнув некоторого уровня, инвестиции не будут расти такими темпами?
— В том, что невидимая рука рынка расставит все по местам, есть резон. Инвестиции достигнут определенного уровня и потом урегулируются. Такая корректировка наверняка произойдет, если не обращать на происходящее внимания. Но мы рискуем тем, что коррекция может составить 30% и более. Этого будет достаточно, чтобы инвесторы перестали рассчитывать только на игру на фондовом рынке. Но коррекция может превратиться в бегство инвесторов с рынка. И это будет уже не коррекция, а полномасштабное изменение тренда. Тогда мало не покажется.
При этом невозможно прогнозировать, как рынок отреагирует на коррекцию. Риски очень велики, поэтому полагаться на руку рынка опасно.
Я согласен, что наши компании недооценены, получить справедливую оценку они могут двумя путями. Либо в результате бешеного роста, с риском переоценки и, как следствие, коррекции. Либо мы можем регулировать рост рынка на уровне 20–30% в год, с тем чтобы прибыльность фондовых вложений была сопоставима с прибыльностью вложений в основной капитал. Капитализация не должна превращаться в самоцель. Пускай не так быстро, но мы достигнем справедливой оценки, и динамика роста будет более устойчивый и предсказуемый.
— Возможно ли, что рост спекулятивных инвестиций связан с тем, что у инвесторов нет уверенности в долгосрочной стабильности экономики?
— Дело, по-видимому, не в этом. Просто когда доходность финансовых инвестиций составляет 50–100%, то их невозможно сравнивать с инвестициями в основной капитал. Инвесторы смотрят на норму прибыли и вкладывают прежде всего в акции, а не в производство, надеясь на скорую перепродажу ценных бумаг.
Нормальная прибыль от производства — 15%, если 20% — то просто замечательно. В развитых странах очень хорошим уровнем прибыли считается 10–15%. И это не то, что можно заработать на фондовом рынке.
— Вы пишете о необходимости и возможности применения налоговых стимулов для преодоления спекулятивного характера экономики. Будут ли эти меры эффективными в условиях коррупции?
— Налоговая реформа — одна из немногих, которые реализуются достаточно успешно. Причины разные, сейчас не об этом речь. Институт администрирования в налоговой системе также развивается неплохо. Не следует забывать и о том, что налоговые стимулы работают прежде всего в условиях растущей экономики. Таким образом, налоговые механизмы в настоящее время могут являться и являются достаточно эффективным инструментарием.
Так как механизм дифференцирования ставки подоходного налога по операциям с ценными бумагами в зависимости от сроков инвестирования должен действовать автоматически, основание для злоупотреблений даже в условиях коррупции не такое обширное.
Однако в российских условиях даже в таком случае говорить о 100-процентной гарантии успеха я бы не стал.
— В докладе вы отмечаете, что январский рост был связан с инвестициями. Подтверждают ли данные февраля ваши наблюдения?
— Данные за февраль будут не раньше середины марта. Но уже сейчас я наберусь смелости утверждать, что февральские данные экономического роста будут высокими. Основание: только что опубликованные данные Росстата о росте инвестиций в основной капитал в январе 2007 г. — 123,2%.
— Как, по-вашему, будет развиваться ситуация?
— Для меня стало откровением существование настолько жесткой связи между инвестициями в основной капитал и объемом ВВП: на протяжении последних шести лет пропорция составляла 17 копеек на один рубль ВВП. Так что чем больше будут инвестиции в развитие, тем выше будут темпы экономического роста. Ситуация конца 2006 года, когда выросли инвестиции в основной капитал, была спровоцирована мощной коррекцией на фондовом рынке. Кроме того, сказалась коррекция на рынке недвижимости, к осени прекратился безудержный рост цен.
Так что уже упоминавшийся мною рост инвестиции в основной капитал на 123,2% позволяет прогнозировать, что темпы экономического роста значительно увеличатся в ближайшее время. Я бы прогнозировал 8–9% ВВП.
В Минэкономики по-прежнему оценивают возможный рост консервативно, на уровне 5,8–6%. Они используют инерционные технологии прогнозирования и перестраховываются. Но в ближайшие месяцы темпы экономического роста существенно увеличатся, вот увидите.
Беседовал Евгений Натаров
