Гражданское кино

У Герасимова идея была. Причем это была отнюдь не советская идея. Это была манихейская идея борьбы со злом.

Нынешние продукты сделаны химическим путем, поэтому мы не всегда отличаем сладкое от кислого

На этой неделе исполняется 100 лет со дня рождения классика советского кинематографа Сергея Аполлинариевича Герасимова. Люди молодых лет ухмыляются при звуках этого имени, как, скажем, и при звуках имени братьев Васильевых, но почему-то не Чарли Чаплина. Быть может потому, что у последнего был загранпаспорт.

Сергей Герасимов был не только мастером, но и учителем. Он воспитал многих кинематографистов и красивых актрис, за которых нам и сейчас не стыдно. Отзываться о нем хорошо сейчас немодно. Молодые киноведы побаиваются ругать Германа, но Герасимов им безопасен.

100-летие мастера обязывает. Хвалить человека, который доставил тебе много радости, никогда не поздно.

Сейчас понятие «гражданское кино» скомпрометировано. Сегодня его можно назвать и «политическое кино». Дело в том, что Сергей Герасимов не снимал, как нынче принято, о любви, о бытовых проблемах, а выбирал мощные темы: русский в эмиграции, становление человека, судьба Байкала. А вообще, он говорил о мощных человеческих страстях. У него играли актеры, которые соответствовали его замыслам. Не будем перечислять всех. Назовем только одну его ученицу — Нонну Мордюкову, которая, быть может, является лучшей актрисой нашего кино.

В честь его юбилея по телевидению показали, возможно, самый рискованный его фильм «Молодая гвардия». Нам неизвестно, кто сделал этот выбор, потому что фильмография Герасимова очень богата. А фильм по роману Фадеева сейчас явно не в моде. Но этот смелый выбор кажется очень существенным. Дело в том, что, как бы там ни было, речь в нем идет о молодых героях, которые готовы пожертвовать своей жизнью ради идеи. Молодой героизм сейчас в моде, мы то и дело слышим о молодых людях, которые выходят на площадь. В свете этого кажется совершенно удивительным, как в кромешное советское времена Герасимов снял фильм о том, как будут вести себя его внуки.

Это сближение совершенно неслучайно. Юности нужно геройство. Пусть и не очень важна тема. Геройствуют и юноши, и девушки. Не всегда точно понимая, ради какой идеи. От фильма «Молодая гвардия» тоже остается ощущение, что идея была не так важна. Очевидно, что враг был в наличии. Но кто конкретно был этот враг, остается почти за кадром. Есть некий обобщенный немец, что было свойственно всем советским фильмам о войне, а есть наши люди. Герасимов в этом смысле был в струе советского кинематографа, который, может быть, сам и придумал.

Удивительно другое: героиня Мордюковой Ульяна Громова не является обслуживающим идеологию персонажем. Это чеканная героиня, которая могла бы прославить и древнеримские подвиги. Она вне времени. И уж во всяком случае, вне советской идеологии. Эта женщина на все времена. И очень странно, что такая героиня могла возникнуть внутри советского идеологического заказа. Удивительно не только то, что она есть на свете, удивительно то, что Сергей Аполлинариевич Герасимов ее нашел и открыл. Фактически досоветский кинематограф типа «Сердца четырех» он сделал героическим. Нынешние кинематографисты должны подражать ему на каждом шагу. Молодые режиссеры хотят снять героическое кино, но у них это плохо получается. По-видимому, дело в том, что им не хватает идеи.

У Герасимова идея была. Причем это была отнюдь не советская идея, как это можно было бы подумать. Это была манихейская идея борьбы со злом.

Над этим можно подсмеиваться, но, увы, молодежная ирония не убивает зло в мире. Ирония, вообще, вопреки общему мнению неспособна что-либо убить, потому что она малохольна. Убивают только ненависть и презрение. Герасимов обладал этими чувствами.

В годы оттепели он снял очень смелый фильм. Он назывался «Люди и звери». Это был фильм о выборе. Герой должен был решить, возвращается ли он на родину, или остается за рубежом. Слово «рубеж» здесь очень важно. Потому что фактически это фильм о ежедневном выборе каждого человека. То, что Герасимов в те годы поднял эту тему, говорит о том, что он думал о главной проблеме человека, который живет за железным занавесом. Он говорил со зрителем о том, о чем его зритель думал. Он не снимал «интеллектуальное кино». Но вместе с тем он не пытался заигрывать с «наивным» человеком. Он ясно и точно говорил о том, о чем говорили в те годы на интеллигентских кухнях. Удивительно, но его за это уважало начальство. Во всяком случае, уважали начальственные дети, и начальству было стыдно его не уважать.

Конечно, он сегодня кажется несколько наивным. Конечно, он говорил вполголоса о том, о чем нынче принято говорить вслух. Конечно, он был человек своего времени.

Но мы должны понимать, что то, что он в свое время говорил вслух, даже сейчас мы говорим вполголоса.

По-видимому, он был смелее нас. Если мы честно взглянем в лицо действительности, то мы поймем, что он принадлежал тому поколению, которое было более мощным и более смелым. Недаром мы его называем классиком. А ведь он много моложе Пушкина.

Сейчас много пишут об «общем». Ясное дело, что в литературном институте пишут о том, как добро сталкивается со злом. Но абстрактные добро и зло не всегда убедительны. Воплощенные в конкретных героях, они намного больше воздействуют на зрителя или читателя. Скорее всего, Сергей Герасимов это отчетливо понимал. Он снимал свой фильм «Молодая гвардия» о том, как осуществленное зло сталкивается с добром. Для него не было абстрактно, что хорошо, а что плохо. Мы можем сегодня говорить, что это романтизм. Но мы, кажется, потеряли способность это определять. Нынешние продукты сделаны химическим путем, поэтому мы не всегда отличаем сладкое от кислого. Пересмотрим фильмы Герасимова. Он, кажется, отличал.