В стране наконец формируется оппозиция. Она пока маргинальна – до поры до времени, по выражению Гарри Каспарова, варится «бульон». Интересно другое: оппозиция персонифицирована; объектом критики является лично президент Владимир Путин. Причем критические замечания поступают с принципиально разных сторон политической розы ветров.

После того как ОМОН, пренебрегая старой технологией, а именно вышибанием дверей головой (-вами), применил творческую мысль и пытался выкурить лимоновцев из их штаба с помощью новейшей разработки – выхлопных газов, лидер нацболов Эдуард Лимонов обнародовал декларацию общественного движения «Россия без Путина». Одновременно был учрежден «Комитет-2008: свободный выбор», тоже стартовавший с предания гласности декларации, где главным героем стал все тот же Путин. Непосредственно против президента готовы бороться Ирина Хакамада и «депутат Северного моря» Иван Рыбкин. К бойкоту выборов призывают некоторые видные политические деятели, например Валерия Новодворская.

Все происходящее и в самом деле можно было бы счесть сугубо маргинальным явлением, если бы не три обстоятельства. Во-первых, это явление обозначает тенденцию – недовольство антидемократической направленностью действий президентской власти в ходе первого срока. Во-вторых, оно отражает настроения, которые пока, не имея выхода вовне, варятся, как вышеуказанный «бульон» Каспарова, на интеллигентских кухнях, причем как евроотремонтированных, так и толком не ремонтировавшихся с 1970-х годов, времен «образованщины» и «кукишей в кармане». То есть у потенциальной оппозиции есть и потенциальная социальная база, как минимум в лице не только старой традиционной, но и новой коммерческой интеллигенции.

В-третьих, в нынешних обстоятельствах понятие маргинальности несколько размыто, маргинальным выглядит все, что не охвачено глубокой преданностью государству или, как выразились в своей декларации члены «Комитета-2008», «атмосферой лицемерия и подобострастия по отношению к институту президентской власти».

Все, что находится вне путинского мейнстрима, все, что не одобрено государством и живет и движется вне государства, по определению маргинально. Включая даже крупный бизнес, который перестает быть крупным и теряет гарантии зимнего пребывания в Куршевеле и летнего на Лазурном берегу, если не служит специфическим образом истолкованным «государственным интересам».

(Заметим попутно, что понятие «государственные интересы» не идентично категории «национальные интересы». Напротив, их значение и содержание, как следует из опыта российской истории, в большинстве случаев прямо противоположны и разнонаправлены.)

Так что стоит повнимательнее рассмотреть суть претензий.

Критика с левопатриотического фланга во многом совпадает с претензиями к президенту фланга либерального. И тех и других декларантов в этом смысле можно назвать демократами, потому что подавление демократии и дискредитация ее институтов и процедур квалифицируется как главное и самое негативное свойство сформировавшегося с 2000 года политического режима. И те и другие употребляют понятие «режим личной власти» президента России. Лимонов даже называет такую форму правления «самодержавием» и констатирует факт насильственной смерти политических свобод.

Чечня, управляемые выборы, «Норд-Ост», цензурируемые СМИ, марионеточный парламент и правоохранительные органы, превратившиеся в «инструмент шантажа и политических преследований», – эти темы так или иначе присутствуют в обеих декларациях.

Правда, лидер НБП дополняет список провалами во внешней политике, к числу которых он относит потерю военных баз на Кубе и во Вьетнаме, появление натовских военных объектов на западных рубежах России, «двусмысленную и трусливую позицию по Ираку» и т. д. Обращает Лимонов внимание и на проблемы русского и русскоязычного населения и, в частности, на его положение в Туркменистане. Промежуточный вывод декларации «Россия без Путина»: политика президента – «лакейская и пресмыкательская перед Западом и злобная, деспотическая по отношению к собственным гражданам».

С первой частью этой формулы едва ли согласятся представители «Комитета-2008», зато они разделяют пафос внутриполитического пакета лимоновских обвинений. Правда, «Комитет» не дает рекомендаций по предвыборному поведению, ставя своей целью реализацию демократического сценария выборов в 2008 году и их сохранение как института, а в «России без Путина» содержится призыв бойкотировать нынешние президентские выборы.

Представляется, что у двух сторон антипутинской оппозиции есть и еще одна общая эмоциональная мотивация, встроенная в содержательную критику. Если воспользоваться термином Андрея Синявского, это «стилистические разногласия» с действующей властью и ее «попутчиками», чересчур старательно избегающими участи «маргиналов» и обнаружившими почти эротическую страсть к конформизму, статусным привилегиям и сервильности, восходящей к худшим традициям режимов разной степени авторитарности. Жить в стране, где портрет президента, вопреки совету Набокова, существенно превышает размеры почтовой марки, не слишком приятно, как минимум стилистически.

У зарождающейся оппозиции есть одна главная проблема – конвертация достигшего невероятных размеров кукиша в кармане в кукиш, который был бы виден всем.

Кухонную интеллигенцию должно что-то очень сильно раззадорить, придать ей смелости и помочь в обретении адекватного видения ситуации. И для начала хорошо бы сподобить кухонных философов и латентных оппозиционеров к тому, чтобы они воспользовались действующими процедурами и институтами демократии. Пока эти процедуры и институты, например те же президентские выборы, еще существуют в природе.