Барак Обама и ожидание чуда

— 6.11.08 10:37 —

Избранный президент США Барак Обама получил внушительный кредит доверия сограждан и пользуется большой популярностью в мире. Ему обеспечен режим благоприятствования, по крайней мере, на ближайшие месяцы. Все понимают, что за наследие останется от уходящей администрации. И многие будут довольно долго прощать промахи и ошибки, радуясь, что эпоха Буша ушла в прошлое.

Пока Барак Обама – не руководитель, а символ. Из того, что говорилось в ходе избирательного марафона, трудно составить представление о курсе, который будет проводить 44-й президент Соединенных Штатов.

Правда, во внешней политике есть базовые параметры, которые определят пределы возможного.

Первое – Ближний и Средний Восток. Эта тема доминировала до тех пор, пока в конце лета – начале осени ее не оттеснили на второй план сначала события в Грузии, а потом финансовый кризис.

Обама неоднократно обещал вывести войска из Ирака. Это произойдет, но едва ли в течение заявленных года–полутора.

Ситуация в стране несколько стабилизировалась, американские войска несут заметно меньше потерь, сократилось число терактов, наладилось какое-то взаимодействие местных этнических и религиозных групп. В Америке перестали говорить о проигранной войне. Все это, конечно, крайне зыбко и в значительной степени основывается как раз на увеличении, а не сокращении оккупационных сил американского контингента в 2006–2007 годах.

Обама не раз говорил, что вернет политику США к многосторонним форматам – взаимодействию с союзниками и международными организациями. Новый президент может призвать к сотрудничеству по стабилизации в Ираке европейцев и попытаться возложить большую ответственность на ООН. Едва ли он получит желаемый отклик. Европа не расположена к расхлебыванию каши, которую не она заварила, а привлечь ООН можно только при одобрении России и Китая. Насколько Пекин и особенно Москва склонны помогать – большой вопрос. Хотя если речь пойдет о создании более общей системы региональной безопасности, возможно, желающие появятся.

Ключ к региональной стабильности и умиротворению Ирака находится в Тегеране.

Барак Обама собирается начать прямой диалог с иранскими властями без предварительных условий. Из этого, скорее всего, ничего не выйдет. Даже если диалог начнется, через полчаса станет ясно, что разговаривать не о чем.

Иран не собирается обсуждать свое право на ядерные разработки, в то время как США с ним не смирятся. К тому же Израиль и соответствующее лобби в Америке с большим подозрением относятся к Обаме, так что любой разговор с иранским президентом ему придется начинать с требования уважать безопасность еврейского государства. А об этом с Ахмадинежадом беседовать бессмысленно.

Небольшую надежду дают предстоящие в следующем году президентские выборы в Иране. Экономическая ситуация внутри страны неважная, так что есть шансы на смену власти, которая приоткроет форточку возможностей.

Палестино-израильское урегулирование пребывает в надежном тупике. Обаме будет легче говорить с арабским миром, но труднее с Израилем.

Тем более что к власти там через пару месяцев, скорее всего, придут правые во главе с бескомпромиссным Биньямином Нетаньяху.

Наиболее проблемный узел – Афганистан и Пакистан. В отличие от Ирака, где ситуация имеет некоторую положительную динамику, афганская эпопея напоминает путь к поражению.

Силы, освобождаемые из Ирака, будут отправляться туда: Обама всегда настаивал, что именно в Афганистане проходит главный фронт войны с терроризмом. При этом новый президент успел сильно испортить отношения с Исламабадом, пообещав при необходимости осуществить против него военную операцию. Правда, Первез Мушарраф, которого Обама не уставал поминать недобрым словом, уже не у дел, но надежд на нынешнее «демократическое» правительство, как и на его способность играть стабилизирующую роль, мало. Пакистан, кстати, судя по опросам, – одна из немногих (наряду с Грузией) стран мира, жители которых желали победы Джону Маккейну.

Второе ключевое направление – Европа. Здесь Бараку Обаме гарантированы самый теплый прием и клятвы в вечной трансатлантической дружбе. Тем более что уже через два с небольшим месяца после инаугурации он отправится на юбилейный саммит НАТО в Германию и Францию.

Однако глубинные противоречия между берегами Атлантики едва ли преодолимы, поскольку в их основе – не столько пренебрежение Буша к союзникам, сколько расхождение стратегических горизонтов Европы и США. Америка не отказывается от глобального лидерства и ожидает от Европы реальной поддержки в этом. Старый Свет не готов участвовать в геополитических проектах Вашингтона по всему земному шару.

Отношение к России станет одним из вопросов, определяющих атлантическое будущее. До определенной степени конфликт Москвы и Вашингтона выгоден Евросоюзу, поскольку позволяет позиционировать себя как важного международного игрока. Именно это случилось недавно в связи с Грузией. Однако если противоречия зайдут слишком далеко, перед Европой встанет неприятный выбор, сделать который ей трудно, если вообще возможно. Внутри ЕС предпочтения разных стран известны: Центральная и Восточная Европа видят гарантом своей безопасности только Соединенные Штаты, так что уровень консолидации сообщества также зависит от российско-американских отношений.

Можно ли предсказать курс Обамы на российском направлении? Во время кампании звучали только общие заявления, наиболее выгодные с точки зрения завоевания голосов. По двум тревожащим Москву вопросам – противоракетная оборона в Польше и Чехии и расширение НАТО – изменения возможны, но не вполне понятно, как России следует себя вести, чтобы они соответствовали ожиданиям.

Задачей администрации Обамы будет сокращение расходов – бюджетный дефицит превысил все мыслимые лимиты, да и кризис набирает обороты. Зная традиционно скептическое отношение демократов к ПРО, можно предположить, что этот спорный и технологически, и политически проект положат в долгий ящик. Но обещание России разместить ядерное оружие в Калининграде способно произвести и противоположный эффект – оно будет воспринято как шантаж и станет аргументом для сторонников жесткой линии.

Что касается сближения Украины и Грузии с НАТО, то тут все зависит от позиции Европы. Она не склонна к принятию скоропалительных решений, а выкручивать европейцам руки, чтобы поддержать атлантические устремления Киева и Тбилиси, Белый дом при Обаме, очевидно, не будет.

Два направления обещают Бараку Обаме успех. Прежде всего, это, конечно, Африка, где на нового президента США будут разве что не молиться. И Латинская Америка, потерянная республиканской администрацией.

И Рауль Кастро, и Уго Чавес обозначили возможность диалога с Вашингтоном после Буша.

Важную роль сыграют взгляды Обамы на свободу торговли. Его высказывания позволили заподозрить демократов в склонности к протекционизму, что встревожило многих, прежде всего, партнеров по «НАФТА» – Канаду и Мексику. Это станет тестом и для отношений с Китаем, единственного направления, на котором Джордж Буш завершает свое президентство в более благоприятной обстановке, чем начинал.

Внешняя политика Вашингтона будет зависеть от расстановки сил и взглядов в правительственной команде, которую сформирует Барак Обама, от комбинации интересов в конгрессе и внешних факторов.

Мощный заряд стремления к переменам, который несет в себе избранный президент Соединенных Штатов, может оказаться серьезным фактором трансформации, но может и обернуться разочарованием – тем большим, чем больше сейчас ожидания чуда.