Цвет не имеет значения

— 6.03.08 11:01 —

На своей ночной пресс-конференции после избрания президентом России Дмитрий Медведев затронул только одну тему, имеющую отношение к внешней политике. Он подтвердил, что приоритетом Москвы является СНГ, и пообещал нанести первый визит в одну из стран Содружества. Это можно было бы считать не более чем дежурной фразой, если бы не интересные процессы, которые разворачиваются в соседних государствах и в очередной раз меняют общую диспозицию.

Российско-украинский конфликт из-за поставок газа обостряется столь регулярно, что превратился почти в рутину. Но на сей раз коллизия была иной. Потому что сторонами противостояния оказались не Москва и Киев, а два высших руководителя Украины – президент Ющенко и премьер-министр Тимошенко.

Глава правительства увлеченно торпедировала договоренности, достигнутые перед этим главой государства с его российским коллегой.

Сам факт острой конкуренции между ветвями власти – не новость, подобное происходит довольно часто даже в странах с вполне устоявшейся демократией. Удивительно другое. Инструментом внутриполитического соперничества стала внешняя сила – российский газовый монополист, тот самый, которого до сих пор только и клеймили за вмешательство в дела суверенных соседей.

Три с половиной года назад именно украинские события стали переломным моментом для всей российской политики на постсоветском пространстве. Проявленная активность оказалась настолько контрпродуктивной, что курс решили пересмотреть. Москва отказалась от попыток участвовать в политических играх внутри соседних государств, выбрав меркантилистский подход: платите и делайте, что вздумается. Если сможете, поскольку внешние условия мы вам создадим максимально неблагоприятные.

С тех пор Кремль старательно дистанцируется от страстей, кипящих то в одной, то в другой бывшей советской республике. Что не оградило Россию от всевозможных обвинений (рука Москвы привычно обнаруживается везде), однако позволило сэкономить ресурсы и нервы.

И вот неожиданные плоды этой политики.

Вождь «оранжевой революции» Виктор Ющенко превращается чуть ли не в главного союзника «Газпрома» в вопросе поставок и транзита сырья, а по другую сторону баррикад – символ той же самой революции Юлия Тимошенко.

Примечательно, что того политика, ради которого в 2004 году президент России рискнул собственной репутацией, – Виктора Януковича – и его партии в этой коллизии почти и не слышно.

Можно, конечно, позлорадствовать: до чего же дорулились украинские революционеры, что для урегулирования разборок друг с другом им приходится апеллировать к заклятым врагам украинской демократии и рисковать энергетической безопасностью нации. Но интереснее другое. Сложившаяся ситуация свидетельствует о том, что

постсоветские страны действительно вступают в новый этап развития, когда идеологизированный и геополитизированный подход, типичный для периода становления, уступает место прагматическому расчету.

Иными словами, переосмыслению подвергается роль внешнего фактора, который из жупела (в случае с Россией) или прекрасной мечты (в случае с Европой) превращается в нормальный элемент политического антуража.

Другой пример того же рода – политический кризис в Ереване.

Бурные выступления после выборов – ситуация на постсоветском пространстве широко распространенная. Везде, где существует хоть какая-то степень альтернативности, оппозиция поднимает вопрос о массовых злоупотреблениях и фальсификациях в ходе голосования. Но до сих пор действовало неписанное правило – арбитром в споре выступали международные наблюдатели ОБСЕ. Если они выражали сомнение в честности и справедливости выборов, это служило знаком к началу масштабной политической кампании (которая зачастую приводила к смене власти). Если же наблюдатели сертифицировали демократичность состоявшегося действа, дальнейшие попытки оспорить результат быстро затухали.

В Армении правило нарушено.

Наблюдатели признали выборы соответствующими европейским стандартам. Однако оппозиция под предводительством экс-президента Левона Тер-Петросяна вердикт проигнорировала, продолжая жестко требовать вернуть «украденную победу».

Введение чрезвычайного положения заморозило ситуацию, но, похоже, это не конец, а только пауза, и дальнейший сценарий трудно предсказать.

Избирательные катаклизмы в странах СНГ привыкли рассматривать сквозь призму геополитического соперничества России и Запада.

Практически всегда находились силы, которым симпатизировала Москва и те, в ком видели приверженцев западного пути развития.

В Армении геополитических ставок не делали, что объяснимо. Страна находится в очень тяжелом положении, будучи зажата даже не между двумя недружественными государствами – Азербайджаном и Турцией, – а между двумя неразрешимыми проблемами – карабахской и геноцида армян в Османской империи. Без их разрешения прорыв в развитии невозможен, но для национального сознания неприемлемы компромиссы. В такой ситуации соперничество великих держав чревато особенно тяжелыми последствиями, а отсутствие прогресса в решении главных вопросов создает повышенную политическую напряженность, которая и выплеснулась в связи с этими выборами.

Как бы то ни было, происходящее в Армении имеет внутренние причины и движущие силы, что стало неожиданностью и для Москвы, и для западных столиц. Реинкарнация первого президента страны ни в чьи планы всерьез не входила. И что теперь с этим делать, не очень понятно.

Отношение ереванских протестующих к мнению ОБСЕ достаточно показательно. После президентских выборов в Грузии, где миссия наблюдателей сначала быстро признала голосование честным, потом усомнилась, а затем подтвердила первоначальное мнение, репутация этого института пострадала. Кстати, окончательный вердикт, обнародованный пару дней назад и выдержанный в более критических тонах, чем высказывания по горячим следам, укрепил подозрение в наличии конъюнктурных мотивов при оценке.

Итак, роль внешнего фактора на постсоветском пространстве меняется, точнее, прежняя черно-белая картина сменяется намного более многоцветной. Это открывает новые возможности и ставит задачи перед руководством России. Тем более что

одной из ключевых проблем, решать которую придется Дмитрию Медведеву, станет поиск союзников.

А для этого придется менять отстраненную позицию, которую Москва занимала в отношениях с соседями в последние три года. Правда, еще важнее не забыть уроки, выученные после провала на майдане.