Испытание Запада

— 5.06.08 11:31 —

В ближайшие два дня президенту Дмитрию Медведеву предстоит презентация на Западе. Он отправляется в Германию. Куда же еще? Наше место – между Китаем и Германией, или Германией и Китаем. Последовательность зависит от конъюнктуры. Сейчас она такова – сначала Китай, потом Германия.

Но Германия – часть обязательной начальной программы презентации нового президента России. Путин тоже съездил в Германию, и тоже в июне. Ровно 8 лет назад. И тоже это была вторая страна – тогда после Испании. И все, что произошло во время его первого визита на Запад, стало определяющим для всего периода президентства Путина. Внимательный наблюдатель мог тогда понять буквально все про нового российского лидера и его стиль правления.

Он совершенно открыто и без всякого смущения определил свои приоритеты в отношениях с западными партнерами и не изменял им ни разу: наши общие интересы поддаются подсчету в денежном выражении, а почему сидит Гусинский – не ваше собачье дело. Иначе: у нас есть общий бизнес, все остальное, что я делаю в стране, вас не касается.

Он говорил о дивных партнерских отношениях с Германией, об инвестициях и экономическом климате, то есть апеллировал к самой прагматичной части европейской аудитории – бизнесу, чьи аппетиты определяются размерами полученной выгоды, а не правами человека и прочей гуманитарной ерундой. Он получил свои аплодисменты вместе со всеми желанными контрактами, проектами, займами и даже бывшими канцлером этой страны, а также частично нынешним канцлером этой страны, которая же не отказалась от «Северного потока», несмотря на все разногласия и протесты соседей-союзников, европейцев же.

Путин отлично понял, чем можно купить Запад и делал это планомерно все 8 лет и продолжает этим заниматься.

Гусинского посадили ровно тогда, когда Путин отправился в первый раз на Запад. Теперь уже совершенно очевидно, что дозваниваться генеральному прокурору (помните, он тогда сказал, что не смог дозвониться генпрокурору?) новоиспеченному президенту было просто не нужно – генеральный прокуроры (и, к сожалению для второго юриста – Медведева, и многие судьи) предельно внимательны к движениям сверху. Раз Гусинского посадили под визит на Запад, значит, так было надо. Это не печальное совпадение. Это был сигнал. Еще раз: Путин был предельно откровенен в тот период – вот так, дорогие западные коллеги, мы будем с вами жить, и не вам решать, кого мне сажать, у кого что отбирать и кому что отдавать. И никуда вы не денетесь, труба все равно победит, экономические интересы посильнее будут вашей хваленой демократии. Миллиарды долларов-евро – против сладкой песни про свободы и права? Он знал, что победит.

В свой первый приезд в Германию Путин определил, в сущности, и приоритеты своей внешней политики, и приоритеты своей внутренней политики. Бессмысленно задавать ему вопросы о судьбе Ходорковского, бессмысленно спрашивать его о Политковской, о неправительственных организациях и свободе печати – Запад вполне выгодно все это разменял на нефть и газ, на удачные инвестиции, на проценты прибыли. В этом смысле недавний приятельский ужин двух мужчин в Елисейском дворце выглядит естественнее, чем самый острые вопросы Le Monde бывшему российскому президенту. Значительная часть того, что западная пресса рассматривает в качестве сомнительного или неприемлемого с точки зрения демократии, было анонсировано во время первого визита Путина на Запад и совершалось, если не под аплодисменты, то с молчаливого согласия лидеров демократического мира.

Неплохой урок для преемника, разве нет?

Первый визит Медведева на Запад станет испытанием как для него, так и для Запада. Запад узнает о приоритетах нового российского президента. Новый российский президент поймет по реакции, каковы приоритеты Запада. Пропущенный Западом мимо ушей в свое время сигнал о судьбе Гусинского обернулся сворачиванием независимых СМИ в России, разгромом ЮКОСа, посадками, индульгенцией на убийства журналистов, шпиономанией, энергетическими войнами, агрессивной внешней политикой – всем тем, чем в том числе стала эпоха Путина. Хочется, чтобы Медведев был другим? Хочется, это видно. Похоже, этого хотят довольно многие и в России, и на Западе. Ну, тогда цинизма хорошо бы поубавить с обеих сторон. Например, Западу не жертвовать собственными представлениями о демократии во имя достижения энергетического альянса, а Медведеву не тащить на себе весь груз «достижений» эпохи Путина, а постепенно от него освобождаться, если он намерен быть новым российским лидером. Впрочем, последнее, не для кого здесь, на Западе, так пока и не стало фактом. Может, непосредственое общение с Медведевым их в чем-то убедит? Очень интересно – в чем.