Играть и доиграться

— 14.07.08 10:07 —

Наверное, когда-нибудь в учебниках по изучению технологии возникновения и развития международных конфликтов специальная глава будет посвящена российско-грузинским отношениям 2007–20?? (сюжет еще не закончен, поэтому и дата окончания открытая). Наверное, там найдется место для каких-нибудь банальностей типа «кто первый начал», «кто больше виноват», «что стало поводом, а что причиной» и так далее. Наверное, кто-нибудь когда-нибудь сможет выявить в этом конфликте какую-нибудь жутко рациональную составляющую, которая будет свидетельствовать якобы в пользу того, что хотя бы у кого-то из задействованных сил с самого начала был некий зловещий, но четкий план, и они, эти силы, мол, согласно этому плану и действовали.

Наверное, многие эксперты, называющие и считающие себя осведомленными, тоже полагают, что такие планы имеются и даже осуществляются. Периодически сведения об этих планах просачиваются в прессу. В зависимости от политических пристрастий и мировоззрения, кто-то винит Россию, вернее, часть ее правящей верхушки, кто-то – Грузию, вернее, «невменяемого» (для этой категории экспертов) Михаила Саакашвили, кто-то – Запад во главе с США, которые только спят и видят, как бы нам где-нибудь насолить, и та же Кондолиза Райс просто так никогда никуда не ездит, и если она приезжала в Тбилиси – значит, точно есть американский заговор.

Во всех этих версиях, как ни странно, есть какая-то доля истины.

Часть российской политической и военной номенклатуры действительно терпеть не может Грузию, считая, что само по себе это государственное образование достаточно нелепо и не имеет права на существование. Тем более, что в состав Российской империи Грузия входила без всяких там Южной Осетии и Абхазии. Эти люди скорее всего не договорились бы по этому вопросу не только с Саакашвили, но и вообще с кем бы то ни было на его месте.

Планы Саакашвили вступать в НАТО, как и в целом его прозападная ориентация, многим в Москве – как кость в горле. Существование НАТО на территориях не то что бывшего СССР, но уже и современного СНГ — просто не укладывается в этих головах, это противоречит тем представлениям об основах политического мироздания, которые формировались не в последние годы, а именно в советские. Постепенно в этих головах, где образ НАТО нынче не менее враждебен и чужд, нежели в годы холодной войны, формируется представление о том, что вступление Грузии и тем более Украины в альянс – это тот самый «последний редут», сдавать который нельзя. При всем цинизме нынешней российской элиты и ее неспособности следовать каким-либо идейным убеждениями кроме тех, что приносят личную материальную выгоду, антинатовские пропагандистские заклинания (даже если их изначально произносят, не веря ни одному произносимому слову) от частого употребления рано или поздно материализуются в курс, а курс начинает развиваться уже сам по себе, согласно своей собственной внутренней логике, становясь постепенно все менее подконтрольным тем, кто его изначально запустил.

К тому же у нас «на носу», в 2014 году, Олимпийские игры в Сочи, а идти в Олимпийские игры с «нерешенным» вопросом, как минимум, по Абхазии, многим в Москве представляется неразумным. В частности, потому, что есть опасения: конфликтная ситуация вокруг Абхазии наверняка будет использована против России, причем как Грузией, так и скорее всего Западом. Уж на что Китай заставил считаться с собой во всем мире, а Тибет и ему доставил некоторые предолимпийские хлопоты. Абхазия сулит доставить нам куда больше хлопот. Тем более, что карту эту против нас непременно разыграют.

Это уже к вопросу о по крайней мере частичной правомерности других вышеперечисленных версий. Играют ли против нас в Грузии третьи силы? Не могут не играть. Мы для них всегда были, есть и будем «иными», чужими и чуждыми. К тому же никуда не делось стереотипное представление об «имперской России», не желающей смириться с независимой молодой грузинской демократией. Стилистика путинского правления эти стереотипы лишь укрепила и ни в чем не развенчала, даже те из них, которые иначе, как глупыми, и назвать-то сложно. Соответственно, «молодую демократию» надо поддерживать, закрывая глаза на некоторые нестыковки с идеальным образом таких режимов. В этом смысле какой-нибудь Саакашвили – если и «сукин сын», то «наш сукин сын». В смысле – их.

С другой стороны, а что делать грузинскому президенту? Смириться с потерей двух мятежных регионов? Терпеть все унижения от Москвы и намеки на то, что Грузия – это «недогосударство».

Полностью «разоружиться перед партией» московских силовиков? А вдруг цена разоружения слишком велика? Он уже достаточно далеко зашел, чтобы возвращаться. К тому он и его окружение – это совсем другой тип политиков, нежели те, с которыми привыкли на просторах СНГ разговаривать наши действующие лица. У них другие манеры, привычки, пристрастия, ценности, стиль поведения. Даже вне сравнения «лучше-хуже». Просто – другие. К этому надо бы уже привыкнуть, а мы все никак не привыкнем.

Тут вообще многие – и в Москве, и в Тбилиси – уже достаточно далеко зашли. По многим параметрам.
Почти ежедневные провокации, теракты, в ответ – становящиеся все более агрессивными обвинения и угрозы. Уже действительно не поймешь, кто в каком частном случае «первым начал». Эмоции перехлестывают через край. Да уже и неважно становится, кто именно в чем больше виноват. Из этого замкнутого круга все труднее выбраться. И из него, похоже, уже все меньше хотят выбираться. Просчитаны ли там у них у всех дальнейшие шаги хотя бы на два-три хода вперед? Лично я в это не очень верю.

Между тем в политическое пространство уже вброшена фраза – «война с Грузией». Как это может выглядеть на практике, наша война с Грузией? Пока ответы на этот вопрос не выходят за рамки рассуждений на тему, что, мол, «мы будем помогать абхазам и осетинам». А ну как не удастся удержать ситуацию в рамках управляемого конфликта, да еще закончить его к выгоде для себя в разумные сроки и минимальной ценой? А что, кстати говоря, тут есть в данном конкретном случае наша прямая национальная выгода? Кто-нибудь знает точный ответ?

Ситуация уже обрела собственную внутреннюю логику, она становится все менее управляемой. В учебниках по истории все это уже было описано много раз: многие войны, собственно, так и начинались. Как бы случайно. Когда не воевать с друг с другом уже становилось просто невозможным, даже изначально никто особенно и воевать-то не собирался.

При этом любая, даже локальная война, всякий раз становилась определенным испытанием для режима, в нее вовлеченного, вела к его существенной трансформации, а порой и к кризису. И мне кажется, что нашу страну в этом смысле могут ждать даже гораздо более интересные события, чем Грузию. Особенно если возобладают настроения за счет «маленькой победоносной войны» порешать кое-какие внутренние задачи. Или наоборот – избежать, оттянуть их решение.