Ментальный занавес

— 24.12.07 11:36 —

На днях всю Европу обошли телекадры, на которых какие-то радостные политики пилят пограничный шлагбаум. Почти все восточноевропейские страны и три бывшие советские республики в конце декабря вошли в Шенген. «Совместным распилом» они отмечали окончательный уход в прошлое «железного занавеса».

Для них.

Может, кому-то в России и было приятно понаблюдать со стороны за чужим праздником, уж не знаю. Мне же просто кажется, что «железный занавес» на самом деле лишь преобразился. Он переместился на восток и стал скорее не железным, а бумажным. А также с ним произошла еще одна метаморфоза, о чем чуть ниже.

О занавесе «бумажном». После того как вступило в силу соглашение между ЕС и Россией о так называемом упрощенном визовом режиме для тех, кто не попал в число «облегченных категорий», европейскую визу стало получить не легче, а намного труднее.

Еще несколько лет назад уже стало казаться, что число испрашиваемых у простого российского гражданина документов достигло уровня, когда граница между дотошностью и издевательством уже пересечена. Оказалось – еще нет. Оказалось, тут нет предела совершенству. Почти все европейские посольства нынче обзавелись так называемыми визовыми центрами, избавив себя от неприятной процедуры общения с этими «русским варварами». Общение через таковые центры удлиняет (а также удорожает) процедуру получения визы на неделю, а то и две. Но это не самое главное. Главное, что количество запрашиваемых во время становящихся все более распространенной нормой личных «собеседований» документов напрямую зависит от фантазии работников этих же визовых центров. Они же не обязаны увеличивать число русских туристов в Европе, а за уменьшение турпотока с них никто не взыщет. И вообще, чем меньше русских в Европе – тем лучше. Они там на само деле нежелательны, а все прочее есть лишь дипломатическо-бюрократическое прикрытие этого общеевропейского культурологического явления.

Примеров можно привести самое множество. Меня лично впечатлил почин французского консульства (ранее оно слыло одним из самых удобных в Москве для быстрого получения визы, но потом там стали усиленно бороться с подобным либерализмом и, как водится, сильно перегнули палку в другую сторону). Теперь, скажем, чтобы простому российскому тинейджеру поехать на недельную экскурсию по замкам долины Луары, ему помимо всяких справок из школы, сведений о доходах родителей нужно еще представить (это помимо медицинской страховки) и медицинскую справку о прививках, причем переведенную на французский язык и, кажется, нотариально заверенную с апостилем. Простым же взрослым туристам нужно теперь представить весь список заказанных по маршруту следования гостиниц. Вы никогда не пробовали, заказывая гостиницу через интернет, получить потом подтверждение ее бронирования от тамошних хозяев? Уверяю вас, это практически невозможно в подавляющем большинстве случаев.

Впрочем, ровно такие же правила существуют во многих других шенгенских консульствах. Начало этому правилу, помнится, положили немцы. В их консульстве тоже недавно вскрылась некая «страшная коррупция» в виде полутора сотен (какой ужас!) якобы незаконно выданных виз. На самом деле, я уверен, речь шла просто по большей части о тех, кто хотел как-то неформально ускорить донельзя забюрократизированный процесс, а вовсе не собирался оставаться в Германии навечно нелегальным мусорщиком, сиделкой или просто бродягой. Ведь, к примеру, в канун этих новогодних праздников запись на собеседование в немецкое консульство уже в ноябре велась только на январь. А в октябре сего года, насколько мне доподлинно известно, целому ряду российских бизнесменов и представителей медицинских компаний, намеревавшихся участвовать в крупнейшей в мире выставке медицинского оборудования в Дюссельдорфе и вовремя подавших заявки на визы, эти заявки просто вернули без всяких объяснений. Видимо, оформлять было «в лом». Вот тебе и «облегченный въезд для бизнесменов».

А как милы оказались только что вошедшие в Шенген чехи! Они тотчас принялись с ожесточением измерять в миллиметрах отступы разных частей лица от края фото. Видимо, все же в ответ на советское танковое вторжение в Чехословакию в 1968 году. И если чуть что на миллиметр не так – не видать вам Праги, не пить тамошнего чудного пива. Надо полагать, еще скажут свое веское шенгенское слово и другие «новобранцы».
Хотя, если уж русские в Европе заранее во всем подозреваемые и неблагонадежные (хотя бомжующих по Евросоюзу румын и албанцев-косоваров на сегодня куда больше, чем нелегалов из России), то, может, честнее просто ввести залог какой денежный для русских туристов? Дал – выехал. Вернулся – вернули. Дивиденды от прокрутки денег – в помощь голодающей Африке или на дотации бедным семьям на приобретение газа.

В ближайший год-два следует ожидать внедрения в массовом порядке биометрических виз, так что скоро придется записываться для турпоездки в Европу, как раньше при советской власти, за полгода. Даром что еще партийную характеристику в 10 экземплярах от «Единой России» не спрашивают. Пока не спрашивают.

Надо сказать, что и российские компетентные ведомства стараются не ударить в грязь лицом перед европейскими бюрократами. И у них это отлично получается!

На каждую европейскую визовую «придумку» они отвечают двумя своими. В числе их и усложнение получения многократных виз, и всевозможные медицинские и не медицинские справки, и прививки, и прочая, прочая. На самом деле если идти сугубо формальным путем, то получить российскую визу в Европе труднее, чем европейскую в России. К счастью для европейцев, в России налажены неформальные связи, отлично налажен рынок изготовления приглашений, а консульства за увеличенную плату (российский МИД живет с консульских сборов, поэтому он в принципе не заинтересован в безвизовом режиме с кем бы то ни было) рады оформить визу по-быстрому. Зато на российской земле евротуриста ждет с распростертыми объятиями Федеральная миграционная служба. Она же должна как-то оправдывать свое название. Поэтому «креатифф», как пишут на «олбанском языке», там прет дуром. Тем более что на законопослушных европейцев «охотиться» легче, чем на работодателей для нелегальных гастарбайтеров из Таджикистана (кстати, Украина уже давно ввела вообще безвизовый въезд для граждан ЕС, и режим от этого не рухнул, а небо не упало на украинскую землю).

Представьте себе на миг, что наши светские дамочки, явившись на шопинг в Париж, вместо «Галери Лафайет» отправляются в тамошнюю ментуру, чтобы успеть зарегистрироваться в положенный трехдневный срок. А потом, переехав куда-нибудь в Гренобль для горнолыжного катания, мчатся уже в гренобльский околоток, чтобы отметиться и там тоже. Таковы правила в России для иностранных гостей. В каких-то случаях их проблему (за дополнительную, разумеется, плату) решают гостиницы и разные фирмочки. В каких-то они вынуждены их решать сами, проставляя разные отметки вблизи милицейских «обезьянников». Кстати, любопытный момент: когда иностранец отправляется в аэропорт, чтобы покинуть наконец нашу гостеприимную Россию, год от года неустанно работающую за большие деньги над улучшением своего внешнего имиджа ради привлечения новых туристов и инвесторов, то он по закону должен уже сдать свою регистрацию в соответствующем отделении и ехать в аэропорт уже без нее, «голым». Почему он не может сделать этого непосредственно на границе? Нет, все-таки наши бюрократы гораздо более поднаторели в изготовлении процедур «через задницу», чем европейские. Зато им, конечно, будет о чем поговорить со своим коллегами на предмет дальнейшего «еще большего облегчения» визового режима.

Впрочем, главный занавес, как мне кажется, вовсе даже не бумажный. Он в головах. И он за последние полтора десятка лет даже еще больше укрепился по сравнению со временами советскими. В советские времена среднему европейцу могло показаться, что простой советский человек – он почти такой же, только его «мучают», его «терроризируют» страшные советские партократы, КГБ и авторитарный режим. Затем европейский человек увидел простого российского человека на своей земле в массовом количестве и понял, что между нами на самом деле очень мало общего. И в бытовом, поведенческом плане, и в плане общецивилизационном, общественном, политическом, культурном. Смущает лишь внешняя принадлежность к одной расе. А были б мы похожи на китайцев – заблуждений по нашей части в Европе было бы куда меньше. Мы были бы тогда откровенно другие.

Что же до нас самих, то раньше кое-кому казалось, что открытость России миру много может поменять в наших мозгах, в нашем мироустройстве. Что мы сможем что-то такое полезное оттуда перенять – и в производстве, и в менеджменте, в том числе в менеджменте политическом, в муниципальном, городском управлении, в решении каких-то технологических или общественных проблем. Наши чиновники, было дело, даже ездили некогда туда «перенимать опыт». Но теперь-то стало окончательно ясно – не в коня корм. Главный лозунг – «Мы сами с усами!», мы сами все знаем лучше всех, чужой опыт нам не указ. В головах что чиновников, что самых простых обывателей засел непоколебимый, как осиновый кол, вывод: нам их опыт не подходит ну совершенно ни в чем, за что ни возьмись. Мы другие, мы особые, мы суверенные. Что русскому хорошо, то немцу – смерть. И, что еще более обидно, наоборот.