Ставка против роста

Банк России должен принять решение по ключевой ставке

Петр Орехин 17.03.2016, 09:50
Валерий Мельников/РИА «Новости»

В пятницу, 18 марта, Банк России примет решение об уровне ключевой ставки. Экономисты призывают правительство и ЦБ изменить курс и начать стимулировать рост с помощью более мягкой бюджетной и денежно-кредитной политики. В то же время ЦБ решает для себя одну задачу — снижение инфляции до целевого значения в 4% к концу 2017 года.

Большинство (23 из 31) опрошенных экономистов и портфельных управляющих полагают, что совет директоров Банка России 18 марта оставит ключевую ставку без изменения, показывает консенсус-прогноз РБК. Экономический рост при этом отходит на второй план.

Председатель Банка России Эльвира Набиуллина полагает, что стимулировать рост нужно с помощью структурных реформ и улучшения инвестклимата.

На предыдущем январском заседании ЦБ сделал жесткий комментарий к текущей ситуации с инфляцией, практически исключив возможность снижения ставки в ближайшее время, но допустив ее повышение.

Рост цен по итогам февраля, по данным Росстата, замедлился до 8,9% в годовом исчислении против 12,9% в декабре 2015 года, в марте темпы инфляции продолжали снижаться. Недельный уровень инфляции, по данным Росстата, к 14 марта замедлился до нормального уровня в 0,1%, с начала года инфляция составила 7,4%.

«Существует большой простор для снижения ставок, как это будет происходить (одномоментно, растянуто, с каким шагом) — это компетенция ЦБ. Я говорю лишь, что такая возможность очевидна, это факт», — полагает министр экономического развития Алексей Улюкаев.

Между тем главный экономист Альфа-банка Наталия Орлова отмечает, что текущая ситуация на рынках и в экономике говорит в пользу снижения ставки, но январское коммюнике делает его невозможным.

Стоит отметить, что центральные банки других ведущих экономических держав мира проводят политику, противоположную российской. Они прежде всего озабочены стимулированием экономического роста, созданием новых рабочих мест и стимулированием инфляции, которая в США или ЕС ниже 2% годовых. Ключевые ставки там находятся на минимальных уровнях (ниже 1%), а ставки по депозитам для коммерческих банков вообще отрицательные (чтобы последние не хранили деньги на счетах регуляторов, а кредитовали экономику). Европейский ЦБ на последнем заседании 10 марта понизил ключевую ставку с 0,05 до 0% годовых.

На фоне замедления роста китайской экономики (в прошлом году ВВП вырос на 6,9%, что стало минимальным значением за 25 лет) Народный банк Китая за последние два года существенно расширил объем кредитования национальной банковской системы.

Согласно статистике НБК, в январе 2016 года объем требований к банкам достиг 5,2 трлн юаней по сравнению с 2,1 трлн юаней в январе 2014 года. С ноября 2014 года Народный банк КНР шесть раз снижал индикативные кредитные ставки по операциям национальных банков. Кроме того, одним из основных инструментов расширения ликвидности банковской системы в китайских условиях является снижение нормы резервных требований.

В марте этого года НБК объявил об очередном снижении нормы резервирования (с 17,5 до 17%), что эквивалентно предоставлению банковской системе ресурсов в размере около 685 млрд юаней (около $105 млрд).

Характерно, что сами денежные власти страны считают свою политику «умеренной», то есть снижение процентных ставок и расширение кредитования в текущих условиях рассматривается прежде всего в качестве меры, обеспечивающей экономическую стабильность.

Безусловно, российский ЦБ из-за высокой инфляции не может уронить ставку до уровня, близкого к нулю, или следовать китайским рецептам.

Но очевидно, что уже пора начинать снижение ставки и смягчение денежно-кредитной политики, поскольку состояние отечественной экономики стремительно ухудшается.

«Центральному банку, какие бы цели он ни ставил, всегда нужно искать баланс между целями по инфляции и поддержкой экономики. Замедление инфляции в последние месяцы однозначно говорит о том, что стимулирование экономического роста сейчас должно становиться приоритетной задачей. В условиях падения спроса, а также зарплат и доходов даже низкая инфляция не станет преимуществом. Реализация инвестпроектов при текущих финансовых условиях невозможна, как по причине недоступности кредитов, так и по причине падения спроса, и без облегчения доступа к кредитным ресурсам экономика не сможет выйти на траекторию роста», — отмечает Сергей Заверский, начальник отдела Института комплексных стратегических исследований (ИКСИ).

Консенсус-прогноз «Центра развития» НИУ ВШЭ предполагает снижение экономики в 2016 году на 1,5%. Главный экономист ВЭБа Андрей Клепач не исключает падения ВВП и до 2%. На следующий год прогнозы также достаточно осторожные: экономисты ждут минимального роста (менее 1%).

Крайне негативная ситуация сложилась с доходами населения и в потребительском секторе. Падение здесь исчисляется двузначными цифрами (выше 10% по итогам прошлого года). Алексей Улюкаев говорит, что в январе – феврале 2016 года спад розничной торговли меньше, чем в прошлом году, но все-таки он составил 7%, что вряд ли можно считать хорошим показателем.

Россияне практически перестали покупать дорогие товары. Средний чек россиян по итогам похода в магазин за февраль месяц показал абсолютный антирекорд за всю историю наблюдений.

По итогам февраля средний чек россиян упал на 13,5% и составил всего 499 руб. Такие данные приводит исследовательский холдинг «Ромир», анализ рынка которого имеется в распоряжении «Газеты.Ru».

«В феврале текущего года средний чек «похудел» сразу на 13,5% относительно январских показателей и составил 499 руб. Даже в разрезе года его падение оказалось чуть меньшим — 12,5%. Фактически размер среднего чека вернулся к состоянию двухлетней давности. Столь резкого падения среднего чека не наблюдалось никогда за все годы измерений. Рекордное падение средний чек показал в крупных городах — пятисоттысячниках и миллионниках, где он опустился до рекордно низких значений за все годы наблюдений. Также самые большие потери понес средний чек в гипермаркетах, показав в феврале беспрецедентно низкое значение за четыре последних года», — отмечают в «Ромире».

Все это следствие политики сокращения бюджетных расходов (Минфин в текущем году уже объявил о снижении расходов на 10%) и жесткой денежно-кредитной политики.

Ключевая ставка в 11% означает, что итоговая ставка для заемщиков из реального сектора в коммерческих банках составляет 15% годовых и выше. Ставка по потребительским кредитам сегодня выше 20%.

Естественно, что инвестиции в основной капитал и потребительский спрос не могут расти. По итогам прошлого года капвложения, по данным Росстата, упали на 9,4%. Деловая активность практически сведена к нулю. Входы на рынки закрыты, поскольку кредиты недоступны. Зато доля госсектора в экономике, по некоторым оценкам, превысила 70% ВВП. Существенно ухудшается положение малого и среднего бизнеса — его вклад в ВВП и занятость составляет около 25%, в развитых странах — 50% и более.

Вадим Гераскин, заместитель генерального директора по связям с госорганами «Базового элемента», также считает, что бизнес не может существовать без инвестиций, т.е. дешевых и длинных заемных средств. «Только имея возможности вкладывать в развитие новых производств и модернизацию, можно переориентировать экономику от экспорта сырья на создание продукции с высокой добавленной стоимостью уже здесь, внутри страны», — говорит Гераскин.

Даже если отказаться от субъективных и эмоциональных оценок, то сложившуюся в российской экономике ситуацию можно охарактеризовать как кризис.

И этот кризис вызван не только падением цен на нефть и западными санкциями, но и «проциклической» политикой правительства и ЦБ, которая в нынешних условиях не стимулирует рост, а углубляет масштабы падения.

Альтернатив и идей текущему курсу достаточно много. Например, программа «Экономика роста», подготовленная Столыпинским клубом. Предметно рассмотреть ее поручил недавно премьер-министр Дмитрий Медведев.

В основе и этой, и других программ лежат простые идеи. Экономике нужны длинные дешевые деньги, низкие налоги на бизнес, отсутствие административных барьеров и помощь государства в развитии ключевых секторов экономики и поддержка несырьевого экспорта.

Естественно, что первоочередной задачей становится отказ от целей по сохранению низкого дефицита бюджета и снижению инфляции. Идти таким путем российским властям советуют не только многие отечественные, но и даже западные экономисты.

Нобелевский лауреат Эрик Маскин в интервью Bloomberg говорит о необходимости использовать «старомодное кейнсианство» и вкладывать деньги в инновации.

«Когда экономика входит в рецессию, с чем мы имеем дело в России, правительству выгодно временно поддерживать дефицит и дать средства нуждающимся, потому что это поможет стимулировать экономику и поможет выйти из рецессии», — полагает он.

Нужны инвестиции в инновации, чтобы снять Россию с нефтяной иглы, а не нулевой дефицит бюджета. «Очень плохо, что этого не было сделано раньше, но лучше поздно, чем никогда», — считает Эрик Маскин. Впрочем, ЦБ и правительство предпочитают работать по другим советам. К чему они приводят, можно увидеть на примере Греции или Украины, где кризис стал повседневной реальностью, а от промышленности остались одни воспоминания.