«Алмаз-Антей» идет на экспорт

Интервью с замгендиректора АО «Концерн ВКО «Алмаз-Антей» Александром Ведровым

Елена Платонова 09.02.2016, 12:21
«Алмаз-антей»

Концерн «Алмаз-Антей» опасается задержек в сертификации нового оборудования на аэродромах из-за лишения полномочий МАК. О том, какие рынки наиболее перспективны для гражданской продукции компании, как сказалась на выручке девальвация рубля, и торговых переговорах с Ираном в интервью «Газете.Ru» рассказал замгендиректора концерна Александр Ведров.

— Александр Анатольевич, расскажите, каким с производственной точки зрения стал 2015 год для концерна и какие цели ставятся на 2016 год?

— 2015 год стал лучше, чем предыдущий год, и с точки зрения общего объема реализации гражданской продукции, и с точки зрения выручки. В 2016 году мы ставим перед собой задачу увеличения выручки на 25–30%, а также увеличения доли иностранных заказчиков.

— Девальвация рубля помогла повысить конкурентоспособность продукции?

— Да, конечно. Дело в том, что у нас, особенно в продукции двойного назначения, доля иностранных комплектующих не столь велика. Соответственно, валютная составляющая не оказывает существенного влияния на цену изделия. А экспортная цена в рублевом эквиваленте по зарубежным контрактам выросла.

— Но стоимость оборудования тем не менее подорожала, хотя в ней и минимальное количество иностранных комплектующих...

— Конечно, оборудование дорожает. Мы используем в наших системах высокопроизводительные компьютеры, которые у нас в стране не производятся. Или мониторы повышенной яркости для диспетчеров, которые должны работать 24 часа в сутки 365 дней в году. Аналогов в России пока нет. С другой стороны, есть продукция, которая почти не подорожала, например разработанное нами специальное программное обеспечение.

— С другой стороны, девальвация рубля привела и к росту стоимости кредитов.

— На нас это сказалась не так значительно. Все-таки мы производим заимствования по более льготной ставке, нежели другие компании. Хотя, конечно, есть сложности. Тот же Сбербанк и ВТБ поднимают ставки и для нас.

— Какая продукция концерна пользуется наибольшей популярностью?

— Это, прежде всего, радиолокационные комплексы гражданского и двойного назначения. Все государства понимают, что необходимо видеть и контролировать, что происходит в небе над территорией страны. Поэтому мы сейчас видим повышенный спрос на радиолокационные средства.

— И какие рынки сбыта наиболее перспективны?

— Это Ближний Восток, в том числе Ирак, Иран, Пакистан, Египет, частично Южная и Центральная Америка. Мы уже поставляем на Кубу, в Венесуэлу и ряд других стран гражданскую технику.

— А Юго-Восточная Азия — нет?

— В меньшей степени. Там все-таки сильно влияние европейских стран. Они свои рынки не отдают.

— Недавно сняты международные санкции с Исламской Республики Иран. Есть ли у концерна продукция, способная заинтересовать Иран?

— Да. Иран заинтересован в современном оборудовании, которого у них не было из-за санкций. Это относится к сфере организации воздушного движения, навигации, в том числе спутниковой, а также метеорологического обеспечения.

При этом у нашей продукции есть определенные преимущества. Она полностью соответствует международным требованиям. По всей продукции осуществляются и гарантийное, и постгарантийное обслуживание и обучение. Из-за девальвации рубля у нас есть конкурентное ценовое преимущество. К тому же есть определенные политические преимущества. У нас уже есть партнеры в Иране, с которыми мы ведем переговоры. У них есть соответствующие производственная и технологическая базы.

— Планируете ли вы частичную локализацию производства в Иране?

— Скорее не локализацию, а создание совместного продукта. У иранцев достаточно серьезная научная и производственная школа. Многие из них учились в России, знают русский язык.

— А каким видится рынок Китая? Планируется ли заключить с ними контракты по продукции гражданского назначения?

— В части гражданской продукции Китай идет по пути развития собственных технологий.

— Расскажите про новую систему управления полетами, которую разработали для нового ЦУПа филиала Московского центра автоматизированного управления воздушным движением ГК ОрВД. Что она позволит сделать?

— Система прошла государственные испытания в октябре 2015 года. В конце ноября 2015 года она получила сертификат МАК — это один из последних сертификатов, который МАК выдал. Сама система по размерам и функционалу не имеет аналогов. В России и в мире всего несколько таких центров, которые могут прогнозировать возможные конфликты на достаточно длительные интервалы времени. И не только прогнозировать, но и давать диспетчеру варианты разрешения.

Система позволяет осуществлять воздушное управление с большей безопасностью для движения, с меньшим временем задержки, она рассчитывает оптимальные маршруты для многих воздушных судов. Таким образом, увеличивается пропускная способность воздушного пространства.

— Из-за того что МАК лишился своих полномочий, произошли ли задержки в сертификации?

— Пока нет. Но уже в 2016 году, как я думаю, столкнемся с проблемами, потому что у нас будет устанавливаться достаточно много нового оборудования на аэродромах. А по условиям вводить его в эксплуатацию можно только при наличии сертификатов. Старый сертификационный механизм уже не работает, а новый только формируется. В частности, во Внукове будет вводиться система контроля наземного движения. Модернизация оборудования планируется и в аэропортах Минвод, Камчатки, Самары, Новосибирска, Санкт-Петербурга.